Как сказано выше, в романе —беглые зарисовки нескольких типов разночинной интеллигенции. Они даныдважды: в первой части романа в главе «Стеннячки» и во второй части в главе, «Статистики». Даны на двух этапах своего разнатия. " Это оттеняет угол зрения Эртеля на данную социальную группу. Читатель знакомжтся с Михайлом Феранонтовым —съшом урядника, с медиком Кузьмой Нагайцевым —отец его красным товаром торговал, с технологом, тоже из.купцов, ВасейКрюковьш, состудентомюристом из поновичей, Агафоклом Целокупским, с магистрантом Филатом Ивановшем, сыном железнодорожного обер-кондуктора, и художыиком Ворискиным, —из коренных однодворцев. Мансурову эти разночинцы представляются «разновидностью грядущей силы» и в значительной мере сквозь призму его сознания эти разночинцы в романе и даны. Все они «неприятно действовали на его нервы». И Эртель уже сам говорнт: «0 юристе Целокупском имедике Haratцеве можно было безопшбочно сказать, ито они карьеристы». Ферапонтов заявлял, что идет работать в свой уезд, онсознает положение разночинной интеллигенции в общем ходе производственных отношений и говорит, чію может быть только «винтом в вашей прессовальной машине». Другие иути к «тому же кулаку в батраки: в банк, на железиую дорогу, на |)абрику, аль переписывай ерунду пятжалтынйый за лист». : Художник Борискин нризнает одну школу —ирироду и деревню, в которой он думает набрать сотню типов. Магистрант Вушмарин пишет диссертацию о влиянии финансовой политики на крестьянск-ую общину . Их горячие спорымежду собой ис Мансуровым «разбились на куски, на частности, на ерупду». —Мансуров торжествовал. Воедино разноголосица была собрана и ей был иридан некий единый идёйный стержень Алферовым. «Дела всеммного и все дела в интересах народа. Но это пе оттого, что тот —народник, тот —социалист, а тот —по Толстому, но от того, что -сами-то мытот же народ. То-есть, 'ежели нельзя прожить без душевного дела, так для нашего брата» оно только есть, что вокруг народа». В главе «Статистики» Эртель —на радость Йансурову —окончательно развенчивает «разновидность грядущей сллы». Художнику Борискину, оказывается, не удалось учиться у нрироды. Вместо деревенских тииов ему пришлось рисовать портрет купчихи с Калашниковой пристани. Потом ему мешала заниматься —видио Эртелем иоставленная в кавычки—«общинная стихия» : писарь проси^ написать портрет своей супруги, крестьянские ребятишки извели его картон на змия, пон просил нарисовать иконостас. В результате, наш художник, чтобы обеспечить себе существование, «пока» поступает в статистики. He увидела света и диссертация об общиие Вушмарина. Автор не вышедшего труда превратился в статистика. Toже случилось с Михайлом Феранонтовым и другжми. На новом этапе их развития они понимают, что в деревню надо итти нѳ «жертвы* <ради. В квартире Федора Евдокимовича Прыткбва ощ т
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4