определенному сроку собраться в районе Дюльбера, где, как мы предполагали, жил Великий Князь Николай Николаевич. По прибытии в Крым мы входим в сношение с членами Династии и объявляем им цель нашего прибытия. В условленный день вечером к Юсуповскому пляжу в Кореизе подходит судно, мы даём ему сигнал костром. Если с судна костра не обнаружат, значит условия изменились, и надобности в нём нет. На это, прибывшее из Новороссийска судно, мы предполагали посадить членов Династии и погрузиться сами. В плане нашем было много фантазии, незнания обстановки, но масса молодой восторженности и самопожертвования. И вот уже на следующий день Булыгин и я начали свои хлопоты для осуществления проекта. Прежде всего мы решили пойти к Василию Витальевичу Шульгину, члену Государственной Думы. Он жил в Екатеринодаре, издавал самую продобровольче- скую газету и, как мы знали, пользовался большими влиянием на высших чинов командования. После долгих разговоров Шульгин, видимо нехотя, обещал нам рекомендовать командованию отпустить нас в Крым. В штабе командования, сначала у полковника Пронина, потом у полковника фон Лампе (бывшего офицера Лейб-Гв. Семёновского полка и офицера Генерального Штаба - ныне глава Р.О.В.С.) я изложил наш план и получил приказание представить докладную записку и список офицеров, предназначавшихся для поездки в Крым. Моя докладная записка была написана так, как я изложил раньше наш проект, а в список офицеров вошли, на сколько я помню: Старшим: Лейб-Гв. Петроградского полка, полковник Вагин, того же полка, капитан Апухтин, “ “ штабс-капитан Белявский, “ “ поручик Булыгин, Л.-Гв. Михайловского полка, поручик Бутцко, Л.-Гв. Преображенского полка, прапорщик Карлинскии, Л.-Гв. 2-го Стрелкового полка, штабс-капитан Чернов, Л.-Гв. 4-го Императорской Фамилии полка, поручик Апухтин, Собственного Его Величества Конвоя, хорунжий Грамотин, 443
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4