выздоравливающий после ранения в Дворцовом лазарете. В Царском Селе была тысяча таких выздоравливающих офицеров, как корнет Марков, но пришёл он один и заявил, что просит доложить Её Величеству, своему Шефу, что ставит себя в Её распоряжение и готов всячески Ей служить. Об этом было доложено Императрице, Она поблагодарила Маркова и предложила зачислить его в Сводный полк, если к тому не будет препятствий. Приход корнета Маркова по существу не имел никакого значения, но этот юный корнет своим приходом спас лицо всех других офицеров Царского Села, одних запуганных, других не догадавшихся, где их место, когда Царская Семья находится в опасности. Как приход в Царское Село отряда Петроградцев полковника Лучанинова, не понятый генералом Ресиным, так и появление корнета Маркова и были единичными явлениями, но даже ради одного праведника не подвергались осуждению заблудшие. Вот почему я так высоко ставлю имена полковника Лучанинова и корнета Маркова и полагаю, что русские офицеры сохранят эти имена в своей памяти с чувством глубокого уважения и благодарности. Вечером пришел ко мне унтер-офицер Семёнов, солдат первой роты. Это он ездил с капитаном Лаврентьевым в Таврический Дворец и, пока его ротный командир тщетно пытался увидать военного коменданта, успел проникнуть в Совет Солдатских Депутатов Столичного Гарнизона, наслушаться разъяснений по поводу приказа №1 и получить листовки различных воззваний к солдатам. Несколько слов я хочу сказать о Семёнове. Солдат Семёновского полка, высокий, красивый, выправленный, он исправно нёс службу, и по выходе в запас адмирал Нилов взял его к себе своим камердинером. Так прослужив несколько лет у адмирала с начала войны по мобилизации Семёнов вернулся в Сводный полк по настоятельной просьбе Нилова и опять стал унтер-офицером 1-ой роты. В числе немногих других Семёнов был выбран для несения службы на самом ответственном посту. Пост этот выставлялся только на ночь у дверей спальни Го- сударя по докладу Его камердинера, что Его Величество изволил 435
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4