посажен в вагон и вместо Саратова, отправлен в Жировицы, а иеромонах Илиодор, переодетый крестьянином, бежал в Архангельск. Но и из Жировиц он подавал свой предупреждающий голос в Царское Село, однако это обращение к благоразумию царя только ухудшило положение заключенного узника: он был лишён всякого общения с внешним миром. В заключении еп. Гермоген провёл более 5 лет. По случаю войны, из Жировиц он был переведен в один из Московских монастырей. Освобождение еп. Гермогену принесла февральская революция. В первом же заседании Святейшего Синода печальной памяти тобольский архиепископ Варнава, истинный друг старца Распутина, был уволен на покой, а вместо него на тобольскую кафедру был назначен освобождённый из монастырского заключения еп. Гермоген. Два слова об архиепископе Варнаве. Человек, не получивший никакого, даже элементарного образования, «доспетый» на епископскую кафедру старцем Распутиным, бывший олонецкий огородник, арх. Варнава терпеть не мог образованного, или даже просто хорошо грамотного духовенства. За всё время пребывания в Тобольске он ни разу не посетил духовной семинарии. Так как тобольское духовенство относилось к арх. Варнаве, по его мнению, недостаточно почтительно, он начал круто расправляться с непокорными, переводя их за 1—11/2 тысячи верст (Тобольская епархия занимает пространство величиной с Западную Европу), а на их место сажая своих близких и дальних родственников из далекой Олонецкой епархии или же рукополагая для этой цели безграмотных стражников, сторожей, швейцаров и т.д. Резолюции его на консисторских бумагах были настолько анекдотичны, что казались выхваченными из «Сатирикона». Уволенный на покой, арх. Варнава поспешил засвидетельствовать свою «политическую благонадежность» и показать свою революционность. Явившись в заседание гор. думы, арх. Варвава «ослиным копытом» лягнул бывшего царя, говоря, что он, Варнава, предупреждал царя в отношении Распутина, говорил о назревающей революции, но по глупости и упрямству царь его не послушался. Впоследствии, сочувствуя преследованиям высшего духовенства, арх. Варнава предлагал советскому правительству вместе с Владимиром Путя- той, лишённым сана бывшим арх. Пензенским, положить начало новой «советской иерархии». Умер арх. Варнава в 1924 году в московском Злато- устинском монастыре. Епископ Гермоген прибыл в Тобольск в первые дни после переворота, когда началась полоса всяческих съездов духовенства и мирян: благочин- нических, уездных, епархиальных, — очередных и чрезвычайных. Волнения не могли не коснуться и тобольской епархии, где в течение 5 лет производил свои эксперименты арх. Варнава. Гнев епархии прежде всего обрушился на «варнавинцев» и многим из них пришлось отправиться вслед за своим патроном. Вдовствующую епископскую кафедру 346
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4