Газета «Сегодня вечером» Рига, 1925, №35 Соу Джин («Человек - гиена») Очерк из абиссинской жизни Я сидел на груде камней за воротами своего «чеби» - дворца, как зовут туземцы несколько земляных хижин, окружённых полуразвалившимся забором, который природа с успехом заменяет великолепно разросшимися могучими - в два человеческих роста - кактусами. В цветущих вьющихся растениях - приюте стаек мелких зелёных попугайчиков с красными головкой и клювом и бесчисленного количества синих, зелёных, лиловых и пёстро-ситцевых птичек Вечер быстро холодел. Внизу на плантации блестела мокрая после поливки солома молодых посадок, дальше - тёмно-зелёная кудрявая стена взрослого кофе, дальше - разноцветный закат, как «перья жар-птицы», потом - дорога... и Мороко, и Ауаш, и Фурри, и Аддис-Абеба... и далеко, далеко Джибути, Красное море, на той стороне - Аден... Дальше мысль не шла... Вспомнился Джибути с неожиданными друзьями и захотелось туда — там жарко, а здесь такие холодные дожди, что перестаёшь верить учебникам географии. За плантацией, за тесной грудой мимоз - жилищем обезьяньего племени - и за бурной сейчас от дождей в горах речкой Цампуле раздаётся: «у-у-х» - сначала басом, потом резко-визгливо. - Гиена? - Нет, другое что-то... - Что это, Абачанака? - тот оглянулся и, подползши, шепнул: - Соу Джин... Абачанака не мой ашкер, он не имеет определённого жалования, не нанят мною, он даже не «привыкает», как это бывает в Аддис-Абебе, когда вы застаёте на своём дворе незнакомого человека, усердно чистящего ваши сапоги или стремена седла, знаете, что он «привыкает», но постепенно привыкаете сами и уже стыдитесь не заплатить ему. Нет, Абачанака служит, так сказать, по инерции. Половина жизни прошла у него на службе «М-р Мишелю», о котором он без слёз вспомнить не может, потом другу моего предшественника, теперь служит мне. Как «ференч-ашкер» (слуга иностранца) он заслужил неприязнь туземцев и потому выгоден мне, как глаз - он не соврёт. Кроме того, я держу его наготове, как заместителя старшему из рабов - Дессалину - напивающемуся по вечерам с исключительным постоянством... Абачанака стар, если не по годам, то по дрожащим коленям, живёт с уродливой женой, сильно бьющей его, и с почти белым ребёнком. - Соу Джин, - повторил он. 303
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4