гарая юлица 120 Краеведческий альманах новую родную семью. И, действительно, оглядываясь теперь на прожитую жизнь, должен признаться, что я в ней всё время пользовался любовным, родственным отношением к себе со стороны родителей, сестёр и братьев Нины, сделался неотъемлемой частью их семьи на правах сына и брата и платил им сыновней и братской любовью. По поводу нашего брака родители Нины всё- таки приготовили праздничный стол, к которому, кроме семьи Смирновых, был приглашён священник, отец Никанор Любимов, крёстный отец Нины и приехавшая с нами Александра Александровна. Не было пышной свадьбы, чего я не желал, а получилось скромное семейное торжество. Вопреки принятому обычаю, мы с Ниной за столом даже сидели не рядом, но с любовью смотрели друг на друга. Итак, мы вступили в брачную жизнь. Никаких разговоров о нашем материальном обеспечении, о материальной помощи нам со стороны родителей я не поднимал; мне нужна была Нина как подруга жизни, мы оба были молоды, рассчитывали на свои силы и бодро смотрели вперёд. Пока я учился, родители Нины не отпускали нас от прочих членов своей семьи, оказывая нам тёплый приём во время каникул. Нина из своего учительского жалования иногда отправляла мне рубли для моей студенческой жизни. Во время моих, обычно длинных студенческих каникул, я жил у неё в Кадыевской школе, которая сделалась для меня вторым домом после Порецкого, здесь я находил отдых, согретый любовью. Помню, на зимнее время Нина купила мне во Владимире каракулевую шапку, взамен студенческой фуражки. Поизносилась у меня шинель, которая была переделана на студенческий манер из семинарской шинели. Я её в Юрьеве переделал на ватную тужурку, воспользовавшись подкладкой и ватой от неё, и поставив на верх новое сукно: голь на выдумку хитра. В последний год дядя Ваня из Нового села одолжил мне 300 рублей, я вернул их ему после врачебного заработка. Дядю Ваню и Нина навещала в Новом селе, и он у нас бывал в Порецком и Кадыеве в сопровождении своей жены - тёти Оли. Помогал ещё мне деньгами дядя Саша - депутат государственной Думы. Так не без помощи добрых людей я получил возможность (материальную) закончить медицинский факультет и сделаться врачом без тех 300 рублей, которые мать не отдала мне. Я невольно забежал вперёд; возвращусь к времени нашей свадьбы. После свадьбы в июле 1911 г. я пожил в Порецком 10 дней: Нина уезжала во Владимир на 2-недельные учительские курсы. Василий Гаврилович Добронравов, её главный школьный начальник, сказал ей, что если бы он раньше был предупреждён о нашей свадьбе, то заменил бы Нину на этих курсах кем-нибудь другим, а теперь уже освободить её не может. Проводил я её во Владимир, простился с ней и уехал на практику в Орехово, а Нина приехала туда после курсов, чтобы познакомиться со всей милой Столетов- ской семьёй. Принята она была там прекрасно, дети Столетовых называли её тётей Ниночкой, и это имя сохранилось у них на всю жизнь - мы в будущей жизни сохранили с ними тесные родственные отношения. На Преображенье - 6 августа (в Порецком престольный праздник) сам тесть выехал за нами в Боголюбове на своей лошади. Прожили там до 31 августа (отдыхали, гуляли). В этот день Шура - брат Нины - отвёз нас на лошади до самого Кадыева через Владимир, так как ради супружеской жизни Нина увозила из дома побольше имущества, с которым ехать поездом было затруднительно. В Кадыево для учеников и прочих жителей была новость - Нина Ивановна приехала с мужем. В этом году позднее приехала в Кадыево младшая сестра Нины Мария Ивановна, которая окончила Епархиальное училище, и Нина через попечителя школы, очень внимательного к школе Петра Александровича Никитина, устроила её второй учительницей в свою школу. При этом Пётр Александрович разрешил один большой класс разделить на два, а к квартире из двух комнат пристроил третью комнату. Теперь Нине стало веселее жить в обществе родной сестры, а работать стало легче (раньше она занималась с тремя группами, а теперь с двумя). Я, когда жил в Кадыеве, помогал ей, тем более, что когда-то был учителем. Между прочим, у Нины был некрасивый почерк, и она на своих занятиях с учениками недостаточно обращала внимание на каллиграфию. Я включился в это дело, провёл несколько уроков чистописания, дал методические указания Нине; она стала придерживаться их и в результате почерк учеников начал исправляться, что Семья Смирновых. В центре стоит Н.И. Смирнова, сидит крайний справа В.Н. Пятницкий
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4