rk000000286

80 Краеведческий а льм ан а х ленном, культурном и социальном отношениях; железная дорога, образно говоря, связывает его буквально со всем миром. Для города Владимира железная дорога только отчасти сыграла такую позитивную роль - и всё из-за той же исторической близорукости и узости кругозора городской власти, пошедшей на пово­ ду у обывателей ради их сиюминутного удобства и мизерной выгоды: вместо того, чтобы постро­ ить дорогу за Юрьевской заставой, её построили на узкой, шириной около ста метров, береговой полоске реки Клязьмы, лишив тем самым желез­ нодорожное хозяйство города расширения, а сле­ довательно, и развития в будущем. Кроме этого, город навсегда лишился возможности построить набережную, о которой мечтали владимирцы. Почему Чевкин согласился на такой вариант про­ ведения линии железной дороги, неизвестно. Да теперь уже и нет смысла доискиваться ответа на этот вопрос. Что сделано, то сделано. После этого длинного, но необходимого от­ ступления, вернусь к истории с минералом чев- кинитом. В жизни и деятельности Константина Влади­ мировича следует выделить несколько периодов [5, 6]. Первый назову военно-дипломатическим. Он начался в 1816 году с поступления в Паже­ ский корпус после окончания в Петербурге пре­ стижного пансиона французского педагога аб­ бата Николя, и продолжался по 1834 г. За 18 лет службы в армии Чевкин, пожалованный четырь­ мя орденами, удостоенный звания генерал-май­ ора и назначенный в свиту Его Императорского Величества, сформировал о себе мнение, как о та­ лантливом администраторе и, что особенно важ­ но для характеристики российского чиновника, не мздоимце. Второй период - горный. Для моего рассказа этот период имеет наибольшее значение. Поэто­ му я остановлюсь на нём более подробно. В 1834 г. император Николай I начал рефор­ му в горнозаводской промышленности, частью которой стала реорганизация высшей горной администрации с образованием Корпуса горных инженеров, начальником штаба которого по лич­ ному выбору императора был назначен К. В. Чев­ кин. На этом посту Константин Владимирович оставался до 1845 г. Административные обязанности в новой об­ ласти деятельности Константин Владимирович исполнял так же ревностно, инициативно и про­ фессионально во благо страны, как и прежде. За десятилетие службы в горном ведомстве он объ­ ехал не раз по российскому бездорожью все гор­ нопромышленные районы империи, вникая по сути, а не поверхностно по форме, в проблемы горных заводов, горных округов и промыслов. В марте 1835 г. Чевкин был на Олонецких заво­ дах; с мая 1835 по апрель 1836-го инспектировал Уральские и Сибирские горные округа и заводы; с июня по октябрь 1838 г. объехал Луганский гор­ ный округ и Крымские соляные промыслы; по­ вторно, спустя пять лет, в те же месяцы он побы­ вал на горных и соляных промыслах Юга России. А в 1845 г. по Высочайшему повелению Чевкин сопровождал герцога Максимилиана Лейхтен- бергского в поездке по уральским заводам и для ознакомления со строительством железной доро­ ги Санкт-Петербург - Москва. Результаты инспекционных поездок Чевкина не оставались втуне. Они служили фактической основой для принятия распоряжений, приказов, законов по совершенствованию горного законо­ дательства, способствовавшего развитию горно­ заводской промышленности, экономики страны, её самостоятельности и независимости. В 1837 г., например, по предложению Чевкина был учреж­ дён Горный аудиторат. Чтобы быть в курсе европейских новаций в горном деле, горной науке и горном образовании, и тем способствовать развитию и совершенство­ ванию отечественного горного дела, Чевкин со­ вершил две поездки за границу: в августе - ноя­ бре 1831 г. (ещё до того, как он стал начальником штаба Корпуса горных инженеров) и в авгу­ сте - декабре 1840 г. Особенно благотворно эти поездки сказались на положении Горного института. Современники считали работу Чевкина по совершенствованию системы обучения в Горном институте выдаю­ щейся. Благодаря Чевкину, опиравшемуся на ев­ ропейский опыт, в институте был сделан акцент на преподавании специальных дисциплин, мине­ ралогии, геологии, палеонтологии, иностранных языков. По поручению Чевкина палеонтологи­ ческие коллекции отправлялись в Берлин для изучения известному палеонтологу и стратигра- фу К. Л. фон Буху. Экспедиционные исследования английского геолога Р. И. Мурчисона в 1840 и в 1841 гг. по изучению геологии Европейской части России и Урала своими выдающимися результа­ тами в организационном отношении в большой степени были также обязаны Чевкину. По мнению канцлера Германии О. фон Бис­ марка, Чевкин был «человек в высшей степени тонкого и острого ума, каким нередко отлича­ ются горбатые люди, обладающие своеобразным умным строением черепа» [7]. Оставлю без ком­ ментариев френологическое умозаключение Бис­ марка и отмечу только его бесспорно верное на­ блюдение о «тонкости и остроте ума» Чевкина и приведу в качестве доказательства один пример. В 1829 г. полугодовое путешествие по России совершил великий немецкий учёный-естество­ испытатель А. фон Гумбольдт, который предло­ жил российским академикам заняться изучением ( г ~ ~ г т арая -\мгРолииа