rk000000264

даты я помню. И всё же: неужели я только из-за де- нег? Надоела нищета? Или потянула к себе таин- ственность, двойная жизнь, риск, увлечение ору- жием, стрельбой? Супер-пупер-меном (так мама шутила) себя почувствовал? Решил, что растол- ковать, как именно нормальный вроде бы чело- век превращается в киллера, так же невозможно, как объяснить, каким образом неверующий при- ходит к Богу. Вдруг из равнодушного или даже ате- иста становится верующим, даже в церковь начи- нает ходить. Что-то такое я болтал о влиянии на меня сти- ля Фёдора Михайловича. А ведь «ибо сие есть» не- вольно, но прямо заимствовано из речей Марме- ладова, Семёна Захарыча. 4 августа. Где-то в другой тетради я употребил странное слово: дескать, роман Фёдора Михайлови- ча перелицовывает меня. Интересно узнать: и с дру- гими так бывает? Ведь книгу читает весь мир, а от- дельные литературоведы только этим романом и занимаются целую жизнь? И они подвергаются перелицовке? Если нет, то дело в том, что они обра- щают внимание на Раскольникова, а я открыл для себя, что прежде всего надо полюбить Сонечку. Кто-то скажет, что за три месяца ничего не- возможно перелицевать? Даже старый пиджак или пальто, не то что человека? Но я встану жи- вым примером. Мой опыт можно повторить. Надо только, отбросив лень, читать Преступление — подряд и выборочно, особенно четвёртую главу четвёртой части, про Лазаря. Шесть-семь недель. Таков мой рецепт.