rk000000264

июля, в чрезвычайно жаркое время...» Может быть, как раз второго числа? Интересно, какая погода стоит сейчас там, в другом мире? Навер- ное, опять «чрезвычайно жаркое время», как в романе. Выйдя из дому, Родя отправился «к К-ну мо- сту», прозрачно шифрует название Фёдор Михай- лович. Я сразу вспомнил. В Питере живёт один мой давнишний приятель —Жора Калинкин. Ког- да я приехал к нему в гости, он показал мне вид из окна на устье Фонтанки и не без гордости про- изнёс: «Калинкин должен жить возле Калинкина моста». А теперь вот Родя к этому мосту направ- ляется. А я за ним! 7 июпя. Не открывал тетрадь четыре дня. Бук- вально тошнило от чтения и писанины. Или от консервов? Не пришлось мне в жизни прочитать Еванге- лие полностью. Так уж сложилось. Хотя бабуш- ку не раз заставал за чтением старинной Библии, на которой имелась выцветшая от времени над- пись: Даръ Святгъйшаго Сѵнода воспитанни- ку Владимирской Духовной Семинаріи I кл. I отд. Сергію Александровичу Стрѣшневу. Окт. 13 дня 1907 года. Мой милый град Владимир, где ты? Это надписание на форзаце так часто приходи- лось разглядывать, что я запомнил его наизусть, но дальше, вглубь, даже не листал, а бабушка не предлагала. Кем он приходился моей бабуле, этот воспитанник Стрешнев? Стал ли он священником? Бабушка в девичестве — Репкина, а по мужу — Ягодина, с ударением на «я».