rk000000264

возможна только в рукописи, а на машинке эти- ми молоточками ты весь бисер разобьёшь вдре- безги. — Ты романтик, Рыжик-Пыжик,— вступал в разговор Рафаил. — Я трезвый мыслитель. Пойми, изобретение машинки породило не только технические, соци- альные, бытовые проблемы, но и философские. — Неужели прямо философские,— ирониче- ски пропела Рика, но ирония не пожелала войти в эту фразу, а Рыжик-Пыжик просто отмахнулся. — Интересно, сколько существует машинопис- ных текстов, которые родились прямо в машинке и никогда не имели рукописного начала? Всвоё вре- мя машинопись уничтожила рукопись. Ведь так? — Рыжик-Пыжик наседал на Рафаила и Рику, да кос- венно и на Эрику .—Вы посмотрите, как изменились отношения автора с собственным текстом. Он по- рождает его уже не заботливой и думающей рукой, а ударами по механизму. Происходит моментальное отстранение, отчуждение писателя от порождаемого им текста. Он писателъ, но уже не пишет. Он печа- тает. Может быть, печатником его назвать? Раныпе ты писал живой рукой, правил по многу раз. Тол- стой вон Анну Каренину восемнадцать раз перепи- сывал. Не всю, конечно, а какую-то одну главу. Го- голь говорил, что минимум семь раз переделывает свои произведения. А теперь отшлёпал на машин- ке, и всё! Текст как бы уже окончательный. При таких разговорах Эрика скучала. И сейчас ей стало совсем грустно. Рыжик-Пыжик как бы осуждал пишущие машинки, а значит, косвенно