rk000000264

Интересно, какое имя у моей Софии будет в Царствии Небесном? И что такое этот белый ка- мень? Но это тайна. Так вот: два образа соединялись в один, совме- щались, накладывались один на другой. Я посто- янно молюсь о моей земной любви — о Софии. Каждый день. Ты слышишь меня, Соня? Я мыслен- но целую твои шрамы. Я тебя всё так же люблю. По-прежнему беззаветно. Не ревнуй! К Сонечке у меня другая любовь. Я не раз читал эпилог рома- на и знаю, что Сонечка, увы, станет супругой того Раскольникова. Сейчас я люблю её духовно, она ведь меня спасла. Не случайно же она мне являет- ся. Тебя приводит. И это она меня научила молить- ся за тебя, за мою единственную земную любовь. Или это ты меня спасла? Ты ко мне приходи- ла? И Сонечка Достоевского —это ты? Но этого не может быть. Ты — снайпер, она — блудница поне- воле. Хотя и ты тоже — поневоле. И ещё я подумал, Соня, что мы с Сонечкой Мармеладовой, как Адам и Ева в Раю, а с тобой — тоже Адам и Ева, но уже изгнанные из Рая после грехопадения. И опять интересно: а я получу тот таинствен- ный белый камень со своим истинным именем? И какое оно будет? Иоанн, Лазарь, Феодор, Андрей, Павел... Или же там совсем другие имена зазвучат? Неизвестные, неземные, небесные? И они не про- износятся, они только написаны на чудесном бе- лом камне? Как бы выгравированы золотом... 16 сентября, полдень. Продолжаю о том же, то есть о Соне и Сонечке. Вот какая мысль осенила