rk000000264

способен прожить сорок дней, как я где-то читал. Была бы вода. Пока она в избытке. Осталось не- сколько банок консервов, но от них тошнит, по- этому только воду пью, как владимирский водо- хлёб. Пост поневоле. Если б не Фёдор Михайлович и Сонечка, гла- ва о Лазаре и молитва, даже представить себе не могу, что бы со мной было от неопределённости, тоски и скуки, которые наваливаются на меня ино- гда. Но теперь я научился бороться против них без всякого сіеіеіеа. Нападаетизредкаи Лихо, однако Сонечка и София знают, когда надо прийти и уте- шить, поддержать. В сердце моём они оставляют после себя покаяние и надежду. Лишь бы их про- стил Господь. А я уж как-нибудь. Согласен полу- чить, что заслужил. И ещё мне очень помогают тетради. К тому же, я всё переношу в комп. Получается, что печат- ный текст Фёдора Михайловича превращаю в ру- копись, а потом её трансформирую (что за слово чудное, похоже на «трансформатор»?!) опять в на- бранный текст. Электронный. Только на экране монитора. Или дисплея? Вечер того же дня. Да, Родя, на каторге, в кон- Це концов, ты бросился к ногам Сонечки, ты обни- мал её колени, ты всё понял, её любовь победила твоё окаменение, и в тебе проснулась любовь к ней. Фёдор Михайлович даже пишет, что ты воскрес. Как четверодневный Лазарь, это уже я говорю. Ах, Сонечка, не напрасно ты надеялась на это, читая ему Евангелие. А ты, Родя, теперь