rk000000264

совсем не спортивная... Вот если бы все стрель- бы стали спортивными! При словах «расскажи о себе» Снайп еле замет- но ёжится. Только что, во время короткой и тра- гичной Сониной повести, он сравнивал два прой- денных пути — Сонин и свой. Разница между ними казалась ему непомерной. И чем дольше он вдумывался, слушая Соню, тем страшнее, глубже и даже гибельней представлялась ему пропасть между ними. Соню оправдывало всё. А его? Нет оправдания. Она снайпер, он — киллер. Её обманули, прину- дили. Он на всё пошёл добровольно. Не без муче- ний совести, конечно. Пока ходил в четвёрке как лучший ученик Флейта, занятия казались игрой. После получения первого заказа появился вдруг какой-то охотничий азарт: справлюсь — не справ- люсь. Справился. До сих пор считается, что это са- мое тонкое и удачное его дело. А потом стало уже поздно: и сомневаться, и вспоминать о совести, и каяться. И таскал он совесть, как забытый пу- стой вещмешок за спиной. — Прости, любовь моя, можно, не сегодня? Подождёшь до завтра? — Конечно, родной, хоть до послепослезавтра. Не откладывай на завтра то, что можешь сде- лать сегодня. Как справедлива поговорка! Или это пословица? «Завтра» начинается с телефонного звонка. Солнце легко пронзает тонкими, не по-утреннему горячими лучами полупрозрачный тюль в окне Двадцать первого этажа. Соня говорит в телефон