rk000000257

шивала, что я ел у деда, отвечал ей: «Картофельный картофель!». Однажды я заболел то ли скарлатиной, то ли дифтерией. Меня положили в больницу, а когда ко мне разрешили пускать посетите­ лей, первым пришёл дед. Детская память удивительная: я запом­ нил конфеты, принесённые дедом: ярко красная карамель с тис­ нёным рисунком. В 1942-м мы уехали из Мишерони. У деда я оставил своё самое дорогое - новогодние игрушки. Вернувшись в 1946-м, я не нашёл игрушек - их побил, фотографируясь с ними, мой двоюродный братишка Стасик из Мурома. Дед давал внукам самое-самое... Я по-детски разобиделся на Стасика, но когда мы с ним через не­ сколько лет встретились, то стали друзьями, как говорится, «не разлей вода». Второй, послевоенный период совместной жизни с дедом был более запоминающимся. Дед очень сокрушался, узнав о голод­ ном существовании в эвакуации на чужбине и сожалел, что мы не вернулись домой сразу же после того, как случилась беда: нас ограбили, да и голод иначе, чем бедой, не назовёшь... «Ну, хотя бы Валентина вернула», - упрекал он маму. Мы про­ жили вместе осень, зиму и весну. За это время я узнал деда го­ раздо ближе. Долгими зимними вечерами, сидя у поющего са­ мовара, он колол щипчиками кусковой сахар на мелкие доль­ ки, вприкуску пил чай из блюдечка, при этом рассказывал раз­ ные смешные и серьёзные истории из своей жизни: про службу в лейб-гвардии Семёновском полку, про стрельбы и как встреча­ ли их после стрельб однополчане плакатами, на которых были на­ рисованы часы с загнутыми в виде усов кривыми стрелками, про свои царские награды-посеребрённые часы-«луковицу», а также настенные часы, а ещё про встречи с царём, когда, приветствуя его все кричали «ура!», а иные под шумок - «дурак!». Рассказывал и про службу фельдшером в «империалистическую». Под воздей­ ствием его рассказов я бросил баловаться курением. Вообще, бе­ седы с ним были во многом для меня поучительны. Но особенно мне запомнились шутливые байки вроде этой. «Дело было в ур шу, паря - пародировал он кого-то из бывших собеседников - при несли младенца котить... А младенец этот был дородный, паря... Поп - эт начал погружать его в купель, а младенец - эт как пирнет, паря... Поп - эт и говорит - «Ай да куршачёночек!»... _ Мы весело смеялись над этой талантливой импровизациеи. С юмором у деда было всё в порядке. А еще он был очень эконом . ло 1 = — н а ш а Ф а м и л и я Д. Ьарсков. -------