повидимому, нерѣдко покрывалась орнаментомъ, характёр- нымъ для неолитической эпохи. Касаясь вопроса объ образѣ жизни, питаніи и одеждѣ, проф. Иностранцевъ приходитъ къ заключенію, что ла- дожскій человѣкъ жилъ прііблнзптельно такъ же, какъ живутъ эскимосы и самоѣды: лѣтомъ въ шалашахъ, а зпмою въ землянкахъ или ледяныхъ домахъ. Главными занятіями его были охота и рыбная ловля. Для этой цѣли оігь неустанно приготовлялъ всевозможныя орудія н оружіе и только изрѣдка отдавался художественнымъ занятіямъ, въ родѣ орнаментаціи костяныхъ подѣлокъ и глиняныхъ сосудовъ. Относительно нрава ладожскаго человѣка, изслѣдова- тель замѣчаетъ, что онъ не отлпчался воинственностыо, т.-е. человѣкъ того временй не былъ по своей природѣ разбопннкомъ, такъ какъ нзученіе всѣхъ костей его пока- зало, что среди ннхъ не имѣлось костей со слѣдами увѣчій и ненормалыіагѳ. затѣмъ срощенія. Подобныя же увѣчья непремѣнно должиы бы быть, еелн бы человѣкъ былъ во- инственнымъ, потому что, прп борьбѣ съ себѣ подобными, такія поврежденія получаются часто какъ побѣдителемъ, такъ н побѣжденнымъ '). Ппщей человѣка, преимущественно, служили рыба и моллюски; звѣри н птицы въ этомъ отношеніи являлись только подспорьемъ. Полагаютъ, что ловъ рыбы совер- шался только у береговъ, а это возможно, главнымъ обра- зомъ, во время нереста. Основываясь на послѣднемъ явле- ніи, проф. Иностранцевъ прншелъ къ заключенію, „что въ январѣ и февралѣ нашъ (ладожскій) человѣкъ могъ ло- вить сиговъ и налимовъ, въ мартѣ—окуня и налима, въ апрѣлѣ н маѣ—окуня, судака и сома, въ іюнѣ—только одного судака, н наконецъ въ октябрѣ, ноябрѣ и дека- брѣ—снга и иалнма". Іюль, августъ н сентябрь мѣсяцы оставались свободнымн отъ рыбной ловли. Въ этотъ пеі) Ibid., стр. 179.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4