ясно обозначиться остатками культуры, фауны и флоры, какъ обозначились ими предшествующая палеолитиче- ская н послѣдуіоіцая неолитическая эпохи; во-вторыхъ, тѣмъ, что легко иріурочнть одни изъ остатковъ этого переходнаго времени къ болѣе ранней, друг іе— къ болѣе поздней эпохамъ, что способствуетъ образованію въ дѣй- ствительности несущеетвующаго пробѣла; и, наконецъ, въ- третыіхъ, тѣмъ, что, благодаря малочисленности, остатки этого времени рѣже встрѣчаются изслѣдователю, и это еще болѣе увеличиваетъ искусственно созданный пробѣлъ въ псторіп культурныхъ смѣнъ каменнаго періода. Въ виду всего этого у нѣкоторыхъ археологовъ возникла мысль, что между культурами палеолитической и неолити- ческой эпохъ въ Европѣ существовалъ промежутокъ вре- мени, въ теченіе котораго она оставалась почти необитае- мой, и что поэтому между названными культурами не суще- ствуетъ никакой преемственной связи, а имѣется дѣйстви- тельный пробѣлъ — „hiatus". Объясняя послѣднее явленіе, Г. Мортилье высказалъ мыель, что палеолитическое насе- леніе Европы, живя исключительно охотой ыа мамонта, носорога, а затѣмъ на сѣвернаго оленя, переселилось на сѣверь въ слѣдъ за удалявшимнся туда поименованными животными, гдѣ одни изъ послѣднихъ пали, а другія еще живутъ и до настоящаго времени. Бойдъ-Даукинсъ , развнвая приведенныя мысли далѣе, прпходитъ къ положительному заключенію, что прямыми потомками дилювіальнаго европейскаго человѣка являются современные обитатели арктическихъ странъ сѣвернаго полушарія, занимающіе областн вѣчной мерзлоты, снѣговъ и глетчеровъ и до сихъ поръ удержавшіе образъ жизни, во многомъ схожій съ образомъ жизнн дилювіальнаго евро- пейскаго человѣка. Благодаря переселенію всего палеолитическаго наее- ленія въ арктическія страны, Европа болѣе умѣреннаго и теплаго пояса оставалась будто бы нѣкоторое время со- всѣмъ безъ обитателей, пока запустѣвшими областями ея V
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4