ОБЩЕСТВЕННЫЯ ПОНЯТІЯ. 43 желали консервативнымъ флагомъ науки прикрывать существующія безобразія. Мейеръ признавалъ научныя заслуги Неволина, но въ общемъ взглядѣ его видѣлъ крайнююодносторонность. „Историческій элементъ,—говоритъ Мейеръ,—есть конекъ людей, съ которыми я расхожусь во взглядѣ и стремленіи... Неволинъ оказалъ наукѣ услуги незабвенныя; но все-таки исторія нрава — не вся наука, а сторона ея, средство, долженствующее вести къ высокой цѣли, и я воору- жаюсь не противъ исторіи, а противъ усилій нрисноить ей софисти- чески исключительное господство въ наукѣ". Тѣмъ болѣе возставалъ Мейеръ противъ людей, которые „хотятъ науки, безусловно скромной и уживчивой, чуждающейся жизни“; которые „хотятъ образовать людей приличныхъ, которые бы не иначе стали брать взятки какъ съ достоинствомъ". „Моя наука,—замѣчаетъ онъ (когда еще не было рѣчи объ освобожденіи крестьянъ и не возникало ноднятаго осво божденіемъ интереса къ крестьянскому быту), — жадно изучаеть жизнь и для этого прислушивается и къ сходкѣ крестьянъ, вчиты- вается въ конторскія книги номѣщика, перебираетъ переписку куп- цовъ, шныряетъ по толкучему рынку, якшается съ аргелью рабо- чихъ, взбирается на судно къ бурлакамъ, усаживается, какъ дома, въ архивѣ суда и въ самомъ судѣ (т.-е. старомг судѣ), стараясь пе замѣчать* что здѣсь смотрятъ на нее не совсѣмъ благосклонно. Но моя наука за то и сама требуетъ уступокъ отъ дѣиствительностии... Излагая такую науку, Мейеръ знакомилъ слушателей не съ одними техническими вопросами права, но съ явленіями общественпой и политической жизни. Нзложеніе предмета прерывалось объяснитель- ными эпизодами, которые слушались съ увлеченіемъ... яВъ граждан- скомъ правѣ,—разсказываетъ слушатель Мейера,—доходя до отдѣла объ объектахъ имущественныхъ правъ, Мейеръ всегда высказывалъ мысль о несостоятельности учрежденій, въ силу которыхъ допуска- лось, что человѣкъ, лицо, могъ быть, при извѣстныхъ обстоятель- ствахъ, объектомъ права собственности. Лекціи объ этомъ важномъ предметѣ были самыми замѣчательными, потому что затрогивали мно- жество постановленій и обычаевъ, имѣвшихъ за собою право дав- ности, но тѣмъ не менѣе вредившихъ дальнѣйшему прогрессу въ жизни цѣлаго государства. Мейеръ старался при всякомъ удобномъ случаѣ, и на лекціяхъ, и въ бесѣдахъ съ своими студентами, воз- вращаться къ основпой идеѣ, руководившей его въ сужденіяхъ объ этомъ предметѣ, и каждый разъ онъ употреблялъ всю силу дово- довъ и убѣжденій въ пользу своего задушевнаго принципа*. Слуша- телей, между которыми много было баричей, сначала озадачивали его мнѣнія: „имъ не приходила даже въ голову дурная сторона учрежденія, потому что увѣренность въ нормальности и непрелож-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4