3 9 2 ГЛЛВА X I I . «бяааниость всякаго, кто вѣритъ въ сиду и правоту своихъ мпѣпій. Подобпое выдѣленіе необходимо для того“ и т. д... „Свѣтильникъ дол- женъ стоять н а виду“ и т. д... Но авторъ видитъ на этотъ разъ, что есть Яппѣшнія условія“, которыя мѣшаютъ высказываться мнѣ- ніямъ съ должною полнотой. Вслѣдствіе этого, у насъ существуетъ полпый хаосъ въ наименованіи разныхъ категорій мнѣній. „Чело- вѣкъ называетъ себя народникомъ, а по понятіямъ оказывается либераломъ, или наоборотъ; консерваторы очень часто называютъ себя то иародниками, то либералами; вообще тутъ господствуетъ полная путапица“. Опасаемся, что авторъ не уменыпилъ ея. По его обьясненію, такъ-называемое у насъ „либеральное направ- лен іе“ состоитъ главнымъ образомъ изъ двухъ элементовъ: собственно либерализма и изъ народничества. „Они вполнѣ солидарны между собой по отношенію къ бюрократизму*, но въ остальномъ не имѣютъ ничего общаго. Основная идея либерализма состоитъ въ томъ, что „цептръ тяжести страны лежитъ въ культурно-интеллигентныхъ клас- са х ъ и что эти классы должпы оказывать, если не исключительное, то преимущественное вліяніе на ходъ соціальной жизни“ (какъ извЬстно, идея либерализма въ этомъ не состоитъ); по взгляду на- родничества, соціальная жизнь, находясь подъ вліяніемъ только куль- турныхъ классовъ, получаетъ уродливое, одностороннее развитіе и направляется на удовлетвореніе потребностей не всей страны, а только культурныхъ классовъ. Дальше оказывается, что „если оставить въ сторонѣ нѣкоторые второстепенныс признаки, которыми лнберализмъ отличается отъ бюрократизма, то можно сказать, что по своей сущ- ности, и именно въ отношепіи къ массѣ яарода, они вполнѣ одно- родны между собою“. ЯН тотъ, и другой одинаково считаютъ необ- ходимымъ мудрить (I) надъ народомъ, устраивать его жизнь по сво- ему образцу (!) и насильно навязывать ему свои идеалы; вся разница т утъ только въ томъ, чго бюрократизмъ дѣлаетъ это просто въ силу власти, а либерализмъ прикрываетея знаменемъ науки и прогресса, понимаемыхъ имъ, разумѣется, иа свой ладъ“. Авторъ не замѣчаетъ логической прорЬхи: какимъ образомъ либерализмъ можетъ что-ни- будь насильно навязать народу, когда у него власти никакой нѣтъ? и перешелъ мѣру вѣроятія въ своеи антипатіи къ ялибералпзму“— потому что дѣйствительный либерализмъ наснльно навязывать на- роду ничего не желаетъ. Чтобы яснѣе изобразить народничество, авторъ продолжаетъ, что народничество есть собственно ученіе объ обществѣ и его формахъ. „Достоинство общественной формы измѣряется не тѣмъ, насколько она приближается къ какому-то научному идеалу (?), а тѣмъ, на- сколько она приепособдена къ желаніямъ живыхъ личностей, состав-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4