3 2 4 ГЛАВА X. нерѣдко бывало исполнево величайшаго интереса и ноучительности. Передъ обществомъ раскрывались впервые аодробности великихъ и малыхъ событій, рааъясаялись историческіе характеры и аройденный путь виутренняго развитія. Вмѣстѣ съ тѣмъ открывадась во-очію обратпая сторона медали: исторія бросила свой свѣтъ на „добрыя старыя времена“ и указала оеязательными фактами, сколько было въ нихъ прискорбнаго, зловреднаго для государства и народа, и иногда истинно ужаснаго и оекорбительнаго — каковы были напр. страшныя проявденія крѣпосгного права или административнаго произвола, какъ исторія военныхъ поселеній, какъ старые порядки канцеляріи, суда, бурсы, копсисторіи и т. д. Въ ряду историческихъ источниковъ впервые сталъ замѣчательный рядъ мемуаровъ, только въ послѣднія десятилѣтія явившихся въ печати,—отъ удивительной автобіографіи ересіарха протопопа Аввакума, или курьезныхъ запи- сокъ священника Петровскихъ временъ Лукьянова, до записокъ архи- мандрита Фотія, разсказовъ о гр. Аракчеевѣ, собственныхъ занисокь усмирителя польскаго возстанія, гр. Муравьева. Вмѣстѣ съ исторіей двора и верхнихъ классовъ, разъяснилось многое въ судьбѣ народа и народности,—въ исторіи крѣпостного права, духовенства, раскола и т. д. Чрезвычайное оживленіе изученій произошдо и въ исторіи дите- ратуры. Опять довольно напомнить главные факты. Никогда прежде не было издано такой массы произведеній и изслѣдовапій древней ли- тературы, какъ въ послѣднія десятилѣтія. Въ этомъперіодѣ продолжали дѣйствовать ученые тридцатыхъ и сороковыхъ годовъ, какъ Срезнев- скій. Бодинскій,Григоровичъ, Горскій, Буслаевъ, митрополитъ Макарій и др., и новые дѣятели, какъ Тихонравовъ, Порфнрьевъ, Сухомли- новъ, Костомаровъ, Щаповъ, Е. Барсовъ, Кдючевскій (замѣчательное изелѣдованіе русскихъ житій), Барсуковъ, Жмакинъ, Архангельскій, Иконниковъ, Петровъ (кіевскій), и т. д. Въ то же время чрезвычайно развилось изученіе новѣйшей литературы. Передъ тѣмъ завершился трудъ Бѣлинскаго, великая заслуга котораго состояла въ установлепіи художеетвенно-историческаго значенія новой литературы, въ крити- ческомъ доказатедьствѣ и укрѣпленіи литературныхъ идей, внесен- ныхъ Пушкипымъ и Гоголемъ. Но оставалось еще множество исто- ричеекой работы надъ другими сторонами лнтературы, надъ опре- дѣленіемъ самыхъ ея фактовъ, въ ихъ связн съ многоразличными явленіями общественности и просвѣщенія. Съ конца сороковыхъ го- довъ. подъ крайиимъ цензурнымъ гнетомъ того времени, изученія направились, отчасти по неводѣ, на такую разработку фактовъ ли- тературы XVIII и XIX вѣка. Это изученіе, прозванное тогда „бнбліо- графическимъ“ , нногда слишкомъ тѣсное, обратило однако вниманіе
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4