163 ГЛЛВА VI. службу государству, обідеству и лктературѣ, и въ защиту народа, который взамѣнъ своего стараго быта долженъ былъ мспытать вве- деніе крѣиостного нрава. Наконецъ, исторія возможна только въ союзѣ съ этнографіей, а въ этой послѣдней вопросъ о степени особ- ности двухъ русскихъ племенъ довольно ясенъ. Наиболѣе рѣзко встрѣчаются два разные, даже противоположные взгляда н а русскую исторію и судьбы русскаго народа, на эиохѣ Петра Великаго: къ ней сводятся споры о характерѣ московской ста- рины и о тѣхъ путяхъ, которыми должна быть направлена совре- менная жизнь народа и общества. „Назадъ, домой!“ — восклицали эпигоны славянофильства,—т.-е. прямо въ ХVІ—ХVII вѣкъ, какъ будто исторія громаднаго народа можетъ пойти вспять, какъ будто реставраціи подобнаго рода не бываютъ лишь самооболыценіемъ, какъ будтоархеологическими поддѣлками можно обмануть исторію. Славяно- фильскія отрицанія Петровской реформы не выросли въ доказатель- ности съ сороковыхъ годовъ и эта школа, съ тѣхъ поръ и донынѣ, не произвела ни одного цѣльнаго научнаго труда, ни одного послѣ- довательнаго, доказательнаго изложенія своего взгляда. Съ другой стороны все, что только появляется въ литературѣ объ этомъ періодѣ русской исторіи, лишь подтверждаетъ его рѣшающее значеніе въ судьбахъ русскаго народа. Изученіе Петровскаго періода все больше обогащается изданіемъ матеріаловъ и изслѣдованій; уже издана масса документовъ по разнымъ отраслямъ управленія, начато обширное изданіе писемъ Петра Великаго, которое составитъ первостепенный источникъ для его біографіи и исторіи; цѣлый рядъ капитальныхъ историческихъ трудовъ (Устрялова, Соловьева, Пекарскаго, Погодина, Костомарова) все больше раскрываетъ знаменательную эпоху. Обшир- ное умноженіе фактчческаго матеріала, болѣе многосторонняя и сво- бодная критика очень расширили знаніе Петровскаго времени, устра- нивъ тотъ наивно панегирическій тонъ, который такъ долго господ- ствовалъ въ описаніяхъ славнаго царствованія, и не укрывая той мрачной сторопы, какую не разъ могла представить эпоха реформъ. Но отъ этого не умалилось однако высокое представленіе о зна- ченіи Петровской реформы для всего послѣдующаго развитія; напро- тивъ, чѣмъ больше она выясняется не съ героической точки зрѣнія, какъ смотрѣли на нее прежде, а съ точки зрѣнія реальнаго быта націи, тѣмъ больш е ея великое значеніе станозится осязатель- нымъ. Такъ. болѣе и болѣе разъясняется существенный вопросъ въ оцѣнкѣ этого времени—историческая необходимость реформы: Петров- ское преобразованіе было правильнымъ, хотя рѣзко проведеннымъ результатомъ стремленій, заявленныхъ лучшими умами московскаго парства, съ тѣхъ самыхъ поръ, когда послѣ заботъ о внѣшпихъ дѣ-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4