136 ГЛАВА V. по иеторіи русской литературы, какіл были еще въ ходу въ і і я т и- десятыхъ годахъ непосредственно нослѣ Бѣлинскаго х) и какія явля- лись въ послѣдніе годы. Въ нромежуткѣ совершены были обширныя работы, наиравленныя съ одной стороны на то изученіе деталей новой литературы, о которомъ мы выше говорили, съ другой, на изу- ченіе старой писъменности и народной ноэзіи. Въ этомъ послѣднемъ отношеніи предстояло сдѣлать разысканія, которыя въ прежнее время были едва начаты: пеобходимо было отдать себѣ отчетъ въ цѣломъ составѣ старой нисьменпости, опредѣлить ея инвентарь, и особенно съ той стороны. которая до тѣхъ норъ была совершенно пренебре- жена—со стороны ея ноэтическихъ элементовъ. До сихъ поръ изслѣ- дованіе старой письменности ограничивалось почти исключительно лѣтописью и церковною исторіею; не многія изъ рукописныхъ со- браній были описаны и то лишь въ видѣ краткаго реестра, по кото- рому трудно или совсѣмъ невозможно было судить о содержаніи па- мятниковъ: одно знаменитое „Оиисаніе русскихъ и словенскихъ руко- писей Румянцовскаго Музеума“, Востокова (1842), впервые дало болѣе нодробный раціональный каталогъ, съ краткими, но весьма цѣнными замѣтками о составѣ содержанія и извлеченіями изъ рукописей, между прочимъ изъ такихъ произведеній. на которыя прежде обра- щалось мало вниманія. Здѣсь были уже не маловажпые намеки на то, чего слѣдовало, между прочимъ, искать въ старой письменности. Въ первыхъ трудахъ г. Буслаева, какъ выше замѣчено, сдѣланы были интересные опыты разработки письменнаго матеріала съ цѣлью объясненія старой русской поэзіи. Поиски въ рукописномъ матеріалѣ были дѣйствительно вознаграждены замѣчательными открытіями. ко- торыя въ концѣ концовъ совершенно измѣнили представлевіе о со- держаніи старой русской письменности: въ ней именно была открыта цѣлая обильная струя народно-ноэтическаго содержанія, цѣлый рядъ памятниковъ книжныхъ, которые были или вполнѣ народпыми, или стояли въ болѣе или менѣе тѣсномъ соотношеніи съ мотивами народ- ной поэзіи. Если прнбавить, что въ тѣхъ же нятидесятыхъ годахъ подготовлялись новые богатые сборники живой народной поэзіи, какіе вскорѣ ноявились въ изданіяхъ Рыбникова, Кирѣевскаго, Шейна, Якушкина, Варенцова и т. д., гдѣ замѣчательно расширилась вся область народпой поэзіи, открывавшаяся изслѣдованію; если приба- вить, что въ то же время наши изелѣдованія воспользовались боіа- тымъ сравнительнымъ матеріаломъ, который ьъ особенномъ изобиліи сталъ собираться тогда въ изданіяхъ и изслѣдоваьіяхъ западныхъ, особливо нѣмецкнхъ, то понятна будетъ та масса новыхъ объясненій, ') 5 кажемъ, для орпіѣр*, „Очеркг исторіі русской поэзіи“,А . Милюкова. 1617.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4