А. Н. АѲАНАСЬЕВЪ. 119 „небо“, превращалось въ имя небеснаго божества. Съ этимъ начи* нался миѳъ. Такимъ образомъ, „чтобы стать миѳологическими, извѣст- ныя слова должны были потерять свое коренное значеніе“, и слѣдо- вательно миѳологія происходитъ отъ ненормальнаго состоянія языка. М. Мюллеръ прямо высказываетъ свое знаменитое мнѣніе, что „миѳо- логія есть болѣзнъ языка*.—Для аналнза миѳа необходимо предва- рительно яочистить“ его, т.-е. выдѣлить его сущность отъ позднѣй- шихъ приставокъ, поэтическихъ украшеній и т. п.; и затѣмъ сущ- ность миѳа выясняется или прямо изъ самаго языка того народа, которому онъ принадлежитъ (объясненіе собственнаго имени боже- ства его нарицательнымъ значеніемъ), или, если въ самомъ языкѣ это слово затемнилось, сравненіемъ съ языками родственными. Отсюда — „сравнительная миѳологія“. Что касается объективнаго содержанія миѳовъ, то М. Мюллеръ изъ своего изученія арійскихъ миѳовъ пришелъ къ выводу, что въ основѣ почти всѣхъ миѳовъ лежитъ представленіе о солнцѣ, — въ противоположность взглядамъ Куна, который, но его мнѣнію, слиш- комъ исключительно привязывалъ миѳы къ мимолетнымъ явленіямъ облаковъ, бури и грома. Наконецъ, должно назвать Вильгельма Маннгардта въ числѣ миѳо- логовъ, которыхъ часто цитировалъ Аѳанасьевъ. Маннгардтъ былъ одпимъ изъ самыхъ талантливыхъ и трудолюбивыхъ дѣятелей въ этой области. Его первые труды *),—одни извѣстные Аѳанасьеву,— были вѣрнымъ повтореніемъ идей Гримма и примѣненіемъ его ме- тода къ массѣ новыхъ собранныхъ фактовъ. Ваослѣдствіи Маннгардтъ, какъ выше упомянуто, убѣдился въ ошибкахъ метода и въ послѣдпихъ трудахъ *) становился на новый путь изслѣдованія. Аѳанасьевъ начинаетъ свои изысканія съ вопроса о происхож* деніи миѳа. методѣ и средствахъ его изученія. „Богатын и можво скиаьть—единственнын псточникъ разнообразныхъ мн- ѳнческихъ представленій есть живое с.юво че.ювѣческое, съ его метафориче- скями п созвучными выраженіямп.. Въ жизви языка, относительно его орга- низма, наука разлнчаеп. два разлпчныхъ періода: періодъ его образованія, постепеннаго сложенія (развитія формъ) и періодъ упадка и расчлененія (пре- вращеній). Первый періодъ задолго предшествуетъ такъ-называемой историче- ской жизнн варода, и единственнымъ памятннкомъ огь этой глубочайшей ста- рины остается слово, запечатлѣвающее въ свопхъ первозданныхъ выражевіяхъ весь внутревній міръ человѣка. Во второй періодъ прежняя стройность языка нарушается.-; этому времени по преимуществу соотвѣтствуетъ забвеніе ко- ') ОегтапІ5сЬе МуіЬеп. РогесЬпп^еп. Вегііп, 1858; В іе ОбПег«ге1і йег (1еи<- асЬсп ип<і погсІьсЬеи Убікег. I. Вегііп, 1860; лаліе: ,КогБ')ашоиеп“, „ВапшкиПов* в пр. *) Лу аІсІ- пп(1 КеійкиПе. МуіЬоІо^ізсЬе СпІегаисЬипкеп. 2 ТеПе. Вегііп, 1876—77.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4