72 ГЛАВА II. Народность интересовала и съ другихъ сторонъ; начинаютъ обра- іцать вниманіе и описывать н а родные обычаи, старину, собирать преданія, пословицы и т. п. *). Правда, псевдо-классическій взглядъ, преиебрегавшій простою народностью по ея грубости, нерѣдко ее уродовалъ, по-своему прикрашивая ее (какъ, напр., Богдановичъ не- лѣио прикрашивалъ пословицы); тѣмъ не менѣе народ н а я стихія становилась болѣе и болѣе привычаой въ книгѣ; нѣкоторые писа- тели (какъ Фонъ-Визинъ, Новиковъ, Радищевъ, Чулковъ, М. Поповъ, Н. Львовъ, В. Майковъ и др.) еще въ концѣ ХѴІІІ-го вѣка умѣли хорошо передавать черты быта, народный языкъ. Все это проклады- вало путь для дальнѣйшаго и болѣе сильнаго вліянія народной стихіи въ языкѣ и въ содержаніи литературы. Внослѣдствін, когда съ новыми успѣхами литературы требованія возросли и началась критическая этнографія, на эти попытки XVIII в. стали вообіце смотрѣть съ пренебреженіемъ, виня ихъ за искаженіе или непониманіе народности и т. п. Такъ, въ особеиности строго обличалъ ихъ Сахаровь, отзывы котораго одно время были обыч- нимъ понятіемь объ „этнографахъ“ прошлаго столѣтія. Успѣхи литературы осудили, конечно, старую манеру относиться къ народ- ной поэзіи; но тѣмъ не менѣе нападки на писателей XVIII-го вѣка были нреувеличены—на нихъ надобио оыло смотрѣть иначе. Нѣ- которые изъ нихъ совершали, безъ сомнѣнія, великія нелѣпости съ нашей точки зрѣнія, какъ напр., п о повъ въ своемъ „Описаніи славявскаго баснословія“ (1768), Чулковъ, Рригорій Глинка въ „Древ- ней религіи Славяпъ“ (1801), Кайсаровъ (1807) и пр.: но ихъ не- зачѣмъ нричислять къ у ч енымъ изслѣдователямъ, какъ они себя сами не причисляли,—кромѣ развѣ Кайсарова 2). Они н е претендо- вали на ученое изложеніе, даже не подозрѣвали, что подобные пред- меты должны быть трактованы только подъ условіемъ строгой кри- тики, и думали напротивъ, что эта древность, о которой осталось такъ мало свѣдѣній, гораздо меньше входитъ въ область исторіи, чѣмъ поэзіи. Тогдашняя историческая наука,—не у насъ только, но лвллется и гораздо раньше: есть извѣстіс о „комедіи на музыкѣ“ Колычева, по- став. енноя въ 1740 годахъ, которая взята была авторомъ, „изъ древнихъ русскихъ сказокъ“; нри Клизаветѣ въ головинскомъ „вольномъ театрЬ“ дана была комачеокая опера „въ русскпхь нрав.іхь": „Танюша и л и счаст.іявал встрѣча“, тексть которон бнлъ ндписанъ Дмитревскичъ, а музыка Ѳ. Г. Волковымъ. ‘) Упомянеігь, напр., амѣчательнын сборнвкъ пословицъ прошлаго вѣка, издан- ный (въ „Архивѣ“ Калачова) г. Бусдаевымъ. Сочиненіе Кайсарова вышло сначала по-нѣмецки: ѴегвисЬ еіпег зІаѵізсЬеи МVІЬо1о?іе. Ооіііпдеп. 1-04, вотомъ по-русски, 1&07. Объ источникахъ его миѳо- логіи ср. Срезневскаго, „Чешскія глосса т ь Ма*ег УегЬогита, Сбори. русск, отдѣл. А Н., т . XIX, стр . 120—121.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4