п о н я т і я о народности въ XVIII ІІѢКЬ. 7 3 и на западѣ,—еще не умѣла понимать древности, едва начипала придавать значеніе произведеніямъ наіюдной поэзіи, и если прямыя свидѣтельства были скудны, научпыл изысканія незрѣлы, то писа- телямъ популярпымъ, которыхъ нривлекала старина, по тогдашішмъ понятіямъ оставалось доиолнять воображеніем ь го, чего не давала исторія. Такъ они и дѣлали, к этого не скрывали. Поповъ прямо заявляетъ о своемъ трудѣ: „Сіе сочиненіе сдѣлано больше для уве- селкнгя читателей, нежели для историческихъ справокъ, и больше для стнхотворцевъ, нежели для историковъ". Дѣйствительно, Херас- ковъ внесъ его описаніе древиихъ божествъ въ свою эпическую поэму „Владиміръ“ , а послѣ Глинка вноеилъ въ миѳологію вычитанное у Хераскова и „морского царя“ описывалъпо Ломоносовской „Нетріадѣ". Во введеніи къ своей кпигѣ Глипка также прямо заявляетъ: „Опи- сывая произведенія фантазіи или мечтателъности (такъ онъ счи- талъ древнюю миѳологію), я думаю, что не погрѣшу, если при встрѣ- чающихся пустотахъ и недостаткахъ въ ея произведеніяхъ буду до- полнять собственною подь древнюю ститъ фантазіею... Я пересе- ляюсь въ прострапныя разнообразныя области фантазіи древнихъ Славянъ“—говоритъ онъ, и собираегся дополнить недостаюіцее „по законамъ соображенія или мечтанія“ . Онъ не стѣснялся въ допол- неніяхъ. и между прочимъ помѣстилъ въ книгѣ гимнъ Иеруну, отсут- ствуюіцій у историковт. и сочиненный имъ самимъ „подъ древнюю стать“: „Богн велпки, но страшень Перуиъ; Ужасъ наводитъ тяжаіа сгопа“, и т. д. Изііѣетно, что одинъ не очень хитрый поддѣльщикъ тѣхъ вре- менъ сочинилъ на мпимо-старомъ языкѣ гимнъ Баяна, найденный въ „свигкѣ нерваго вѣка“, вмѣстѣ съ нѣсколькими „произреченіями пятаго столѣтія новогородскихъ жрецовъ“: были люди, которые не рѣшались отвергать его нодлипности; Держанинъ переложилъ этотъ гимнъ въ новѣйшіе стихи Волхвъ „Злогоръ“, у п оминаемый въ гимнѣ, послужилъ героемъ для стихотворенія Державина (1813). Державинъ не одинъ разъ бралъ темы изъ русской старины—какъ Въ первомъ вікѣ пнсали въ такомъ стилѣ (во переводу Дераавина): „Не умодчн, Боянъ, снова воспой: О комі пѣлъ благо тоиу. Суда Велесова не тб і* ать , Славы Славяновъ не умалить. Мечи Бояновы ва язнкѣ осталвсь; Память Злогора волхвы поглотнлн. Одинт всПомннавіе, Скмв» пѣсвь. Златымъ пескомъ тризны посннлемъ“. Ср. Соч. Державвна. п взданін Грота, Ш, 187.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4