п о н я т і я о на родности в ъ XVIII ВѢКѢ. 61 цузскихъ вкусовъ двора и крупнаго барства, подъ иноземной внѣш- ностью, подъ ипостранными назвавіями жили старосвѣтскія понятія, вкусы и обычаи и въ крупныхъ, и въ мелкихъ житейскихъ отноше- ніяхъ. Возьмемъ нѣсколько нримѣровъ. Общество нашего времени, при всемъ развитіи научныхъ изслѣ- дованій, стоитъ уже очень далеко отъ народнаго быта. предапш, поэзіи,—зпаетъ нхъ по книгамъ и настолько, пасколько успѣло усвоить разъясненія ученой и поэтической этнографіи. Въ прошломъ вѣкѣ было еще столько простоты или грубоватости быта, что даже люди высшаго барства не бывали далеки отъ „народности“, знали, а иной разъ и раздѣляли, народныя понятія, суевѣрія, и услаждались на- родной ноэзіей. Настоящій перерывъ бытового преданія совершился (очепь постепенно) уже гораздо позднѣе Петра, въ теченіе Ху п І-го вѣка, и въ то же самое время начиналось сознательное стремленіе къ возстановленію этой связи. Сахаровъ, въ „Сказаніяхъ русскаго народа“, говоря объ извѣстномъ сборникѣ былинъ, который приписывается Киршѣ Данилову, а по его мнѣнію сдѣланъ былъ въ Тулѣ Прокофіемъ Демидовымъ, такъ разсказываетъ о барскомъ бытѣ прошлаго вѣка, по собственной па- мяти и иредапіямъ: „Я зналъ и доселѣ знаю обыкновеніе тульскихъ бояръ сбирать пѣсельниковъ и сказочниковъ, слушать пѣсни и сказки. Потѣшпики,— такъ въ старину называли этихъ людей,—пршпимали на себя всѣ увеселительныя должности. Они за деньги нанимались: лежать мѣ- сяцъ на одномъ боку; простоять недѣлю на одной погѣ; бѣгать на пристяжкѣ вмѣстѣ съ лошадью; выпивать непомѣрное число воды. Всѣ рѣдкости записывались грамотнымъ дворовымъ человѣкомъ. По- тѣшвики стрзнствовали изъ одного мѣста въ другое во всю свою жизнь, и стекались толнами тамъ, і*дѣ щедрость боярскяя давала имъ пріютъ. Потѣшника, какъ новаго гостя, приводили прежде всего по- смотрѣть на боярскія очи. Дворецкій предлагалъ боярину искусство новаго потѣшника. Начиналась проба. Если потѣшникъ нравился боярину, то его оставляли гостить; онъ должепъ былъ и сказывать сказки, и пѣть пѣсни, и творить разныя продѣлки. Въ свободное время умный двореккій заставлялъ его обучать дворовыхъ людей новымъ пѣснямъ и сказкамъ. Все это дѣлалось н а случай, когда бо- ярину бывало скучно, когда не являлось новыхъ потѣшниковъ. Въ скучные часы дворецкій входилъ съ новыми пѣвцами и подавалъ книгу съ чудесными пѣснями и сказками... Таковы были въ старину увеселенія у И. въ селѣ Дѣдновѣ, у М. въ Яковлевскомъ, у И. въ Высокомъ, у М. въ Горенкахъ... Вотъ какъ составлялись сборники пѣсенъ и сказокъ“.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4