п о н я т і я о НАРОІНОСТИ в ъ XVIII В ѢК Ѣ . 53 шимъ изученіемъ тогдашней жизни. Въ самомъ дѣлѣ, перемѣна въ нравахъ, даже въ наиболѣе образовапномъ классѣ, была не такая быстрал и глубокая, какъ обыкновенно думаютъ; самое образованіе распространялось не такъ сильно и охватывало не такую массу людей, чтобы перемѣна могла считаться столь впезапной и рѣши- тельной. Напротивъ. Извѣстпо теперь, что самъ Иетръ, при всемъ несомнѣнномъжеланіи передѣлать въизвѣстныхъ отношеніяхъ нравы. при всей ненависти ко мпогимъ явленіямъ старипы, при всей не- сомпѣнной ломкѣ въ арміи, флотѣ, гражданскихъ учрежденіяхъ, школѣ, книжности,—что потомъ отразилось новыми формами обще- ственности и типами людей,—вовсе не былъ врагомъ бытовыхъ обычаевъ, гдѣ они не мѣшали его намѣреніямъ, и самъ соблюдалъ такіе обычаи, Его сподвижники перваго поколѣпія были привержен- ные исполнители его дѣла, но помнили, однако, хорошо старые обычаи, окружавшіе ихъ повсюду внѣ казепной службы. Семейпый и народный бытъ были исполнены этой старины, и послѣ насиль- стиеиныхъ мѣръ Петра, направленныхъ только на нѣкоторые исклю- чительные старые обычаи (какъ, напримѣръ, невѣжество и умствен- ную лѣнь стараго боярства, азіатское заключеніе жеиіцины, разныя нелѣпыя суевѣрія и предразсудки), на старину уже не было ника- кого особеннаго давленія кромѣ того, какое дѣлалось само собою, естеетвеннымъ ходомъ развивавшейся новизны, потребиостями обіце- ственной жизни и просвѣщепія. Второе и третье поколѣніе въ евоихъ болѣе серьезныхъ представителяхъ были такими же русскими людьми по складу своихъ бытовыхъ понятій и не чувствовали разлада съ народностью, которыи имъ навязывали наши историки. Средина XVIII вѣка наполнена царствованіемъ Елизаветы; историкамъ оно представляется какъ время русской національной реакціи (т.-е. по- бѣды надъ придворной нѣмецкой партіей), хотя западное вліяніе продолжалось. Замѣчательиѣйшіе дѣятели литературы первой поло- випы вѣка, величайшіе поклонники Петра, были самые несомнѣнные русскіе люди, напр., не только домороіценный самоучка Посошковъ, но Ломоносовъ, прошедшій заграничную школу и высоко ее чтивпіій, Татищевъ, котораго уже винили въ вольнодумствѣ. даже Кантемиръ и проч., писатели, усиленно работавшіе для введенія въ нашу лите- ратуру иноземпаго содержанія и стиля. Чѣмъ больше разработывается біографія историческихъ дѣятелей прошлаго вѣка, именно изъ того образованнаго дворянскаго класса, который считается по преимуще- ству „оторваннымъ“ отъ народа.—тѣмъ больше біографы находятъ ихъ людьни •чисто-русскаго склада, съ воспитаніемъ, основаннымъ на впечатлѣніяхъ русскаго быта и преданія; опи были болѣе специ- фически „русскими", чѣмъ нынѣшніе образованные люди съ самими
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4