ДАЛЬ. 417 частью они удовлетворялнсь тогдашнимъ ея положеніенъ, даже вос- тоі»гались имъ; этнографы и писатели этоіі школы, на словахъ ве- ликіе любители народа, на дѣлѣ не разъ становились къ нему въ пепа- вистное отношеніе соглядатаевъ и сыщиковъ (въ дѣлахъ по расколт). Такихъ былънеодинъ между друзтямн Даля; не всѣ, конечпо, дохо- дили до этого, но вообіце критической или п р о сто человѣческой мысли о народѣ не было; люди этой школы думали, что отдалепіе обіцества отъ народа можетъ быть исправлепо однимъ сантименталь- ішмъ романтизмомъ, поддѣлкой подъ народность, а самый народъ— пусть остается крѣпостнымъ; или же, не мудрствуя лукаво, они просто придерживались взглядонъ „Маяка“, какъ ІЗагоскинъ. Сочинепія Даля состоятъ изъ болѣе или менѣе значительиыхъ повѣстей, мелкихъ очерковъ, пересказа народпыхъ нреданій, ска- зокъ и, паконецъ, спеціально разсказовъ, разсчитанпыхъ на чита- телей изъ простонароднаго класса („Солдатскіе“ и „Матросскіе до- суги“ и т. п.). Повѣсти его даютъ не столько типы, сколько біогра- фическія исторіи, переплетенныя съ бытовыми картинками — изъ жизни военной, морской, помѣщичьей, купеческой, крестьянской, за- водской. При этомъ нерѣдки и автобіографическія черты '); въ раз- сказѣ „Савелій Грабъ или Двойпикъ“ герою приданы этдографи- ческіе вкусы и народолюбіе самого автора а), и есть, быть можетъ, портреты (напр.. купецъ-библіофилъ Ахтубинцевъ, въ „Небываломъ“). Бытовыя опиганія отличаются вообще большимъ знаніемъ нравовъ, обычаевъ, изыка; вездѣ виденъ бывалый человѣкъ, много новидав- шій, и умѣлый разсказчикъ; нѣкоторыя описанія сдѣланы почти съ этнографической точностью, напримѣръ, прекрасное сравнительное описаніе деревни великорусской и малортсской 8). Но сказались и тѣ недостаткн, какіе должны были проистекать изъ общаго отноше- нія кь „народности“. Направленіе Даля осталось до конца народно- романтическимъ; его разсказы. живые, скрашенные юморомъ, были занимательны, но читатель въ концѣ концовъ оставался безъ вся- каго оиредѣленнаго впечатлѣнія о той жизни, какую емт изобра- жали. Ихъ содержаніе было анекдотическое. Наблюдательности ав- тора не миновали многія жизненныя явленія, — онъ умѣетъ нари1) Напр., іъ пояѣстяхъ: „П. А. Нгри*ый“, „Мнчманъ Поцѣлуевъ‘\ „Волгарка“, „Подоляика®, „Небывалос вь Быломъ“ и проч. 2) Папр , ему прямо приписаны разсужденія о народныхъ суеігіЬріяхъ и примѣ- тахъ, находлщіяся вь предвсловіи къ киижть Даля объ этожъ предмегЬ; вриписаны упомянутыя намн раныие сравиен ія литературнаго изложенія съ казацкимъ, какія онъ предлагалъ Жуковскому,—О(Н этомъ сравиеніи сж. еще замѣчаніе Гіѣлинскаго. Сочин. VII, стр. 204. *) Въ „Небыв&лоиъ". Сочииенія Даля. Спб. 1860—1861, т. VII, стр. 326—330 ист. э т и о г р. 27
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4