ВНЫПНЕЕ ПОЛОЖЕНХЕ ЭТНОГРАФШ. 377 —плохо ученый почтовый врачъ, Сахаровъ; славу знатока народности пріобрѣтаетъ бывалый человѣкъ, талантливый, но не имѣвшій научной подготовки въ этнографіи, врачъ и министерскій чиновникъ, Даль: описателемъ народнаго быта является еще менѣе приготовленный и очень поверхностный писатель, чиновникъ Терещенко; знатокъ мало- русской этнографіи вырабатывается изъ ботаника, — Максимовичъ; клерикальные защитники народности являются изъ моряковъ. Даже люди, какъ Надеждинъ, который былъ даже большимъ у ч енымъ, не были въ этнографіи настоящими спеціалистами 1)- Словомъ, большин- ство были чистые самоучки, и въ параллель этом у тогдашняя кри- тика не замѣчала грубыхъ ошибокъ, какія встрѣчались нерѣдко въ ихъ трудахъ. Самая публика была еще менѣе требовательна, и этно- графы не трудились выработывать методъ, справляться съ евроней- скими изслѣдованіями, которыя, однако, уже съ двадцатыхъ годовъ поставили этпографію въ тѣсную связь съ сравнительнымъ языкозна- ніемъ, миѳологіей и исторіей. Относительно метода, Сахаровъ и въ пятидесятыхъ годахъ остался такимъ же невѣждой, какъ былъ въ тридцатыхъ; университетскій профессоръ Морошкинъ въ сороковыхъ годахъ считалъ возможнымъ „старинный методъ“, который былъ филологическимъ абсурдомъ... Серьезная постановка дѣла наступила только съ новымъ поколѣніемъ ученыхъ, которые приняли руковод- ство европейской науки; черезъ нихъ болѣе правильныя понятія о дѣлѣ распространились и между этнографами-любителями и собира- телями. Свойства времени, да и характеръ болыпинства самихъ изыска- телей не способствовали ни научно глубокой, ни въ общественномъ смыслѣ правдивой постановкѣ вопроса о народномъ бытѣ. Въ боль- шинствѣ, это былн люди, которые не задавали себѣ вопроса о по- ') Савельевъ-Ростиславичъ задалъ однахды подобньій вопросъ о томъ, кѣмъ велось въ его время нзученіе русскоб нсторіи. Оказалосъ, что „наука исторін не находитъ своихъ ревнптелей мехду тѣмн. которые велнча« тъ себя оффппіальныму хрепамп науки“ , а что, вапр., Кормчую и и г т объясняетъ нѣмецъ, чиновникъ II от- дѣленія (баронъ Розенкампфъ), бѣлорусскій архивъ печатаетъ протоіерей лейбъ- гвардіи финляндскаго полка ( Грнгоровячъ), въ славянской всторіи оказыеаетъ великія заслуги медивъ (Венелинъ), „Оборонт русской лѣтопнси“ составляетъ членъ совѣта министерства внутренннхъ дѣлъ (Буткогъ), научную нумизматику создаетъ москсв- скій предводителъ дворянства ( Черткові.\ Литву объясняетъ столоначальникъ въ управленіп путей сообщен ія (Борячевскіі), достовѣрность ханскихъ ярлыковъ дока- зывает ь чиновнитъ при редакціи хтрвала ммн. ввутр. дѣлъ I Григоръевъ), древнія торговыя сношенія съ Азіей розыскпваетъ секретарь комитета иностранной цензуры (П. С. Савельевъ) и т. д. „Всѣ эти особв не принадлехат ъ къ почтенномт сословію профессоровъ руссков исторіи въ нашихъ тняверситетахъ“. Слав. Сборникъ, стр. СІ.ХХІ — СЬХХІІІ. Трудамъ настоящихъ профессороіп. того времени (*акъ Пого- динъ. Устряломъ) Савельевъ не иридавалъ большой цѣны.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4