370 ГЛАВА X. нельзя не отмѣтить въ нихъ одного апизода. Среди своихъ изыска- ній Морошкинъ однажды покинулъ словопроизводство и въ лириче- скомъ отступленіи изложилъ слѣдующія свои мысли объ историче- скомъ значеніи и будущности русскаго государства и народности: „Племя славянекое жнветъ будущностію, надеждою, что вновь возстанетъ великій Царь Волги *) и воззоветъ ихъ кь единому велікому знамевн, къ зна- мени не разрVІпепія, а общаго усиокоенія въ нѣдрахъ семейственнаго быта, который, кажегся, иредоставлено развить славянскимъ народамъ. Царство мпра и любви имѣеть семейственную форму, — форму, данную отъ ирнроды п духа, а не нзысканную, не созданную переходящпми вѣкамн исторіи. Когда наста- неть судъ исторіи, тевтонскііі міръ отдастъ славянамъ все, чт5 имъ взято у ннхъ въ теченіе 1500-лѣтней его жизнп. Не своими хазарскими 2) саблями славянскій міръ грозитътевтонамъ, а славянскою цивилизаціею, первородпыми формами человЬческаго быга, грозитъ ему нреемничествомь, званіемъ наслѣд- нмка во всемірной исторіи. СлавлнскіГг духъ, по волѣ Провидѣнія, возлюбилъ себѣ мѣсто въ предѣлахъ Россіп: нбо имя Россігі есть старѣйшее, общее имя для всѣхъ славянскпхъ народовъ; здѣсь родпна и колыбедь всѣхъ славянскихъ народовъ; здѣсь только славянскін духъ можетъ развернуть свои орлиныя крылья п прннять выснренній полетъ. ІІмперія Карла Ветикаго совершилась; настанетъ новый міръ и новая жизнь, возвращающаяся отъ Запада къ Востоку... О, какую великую судьбу готовптъ Провндѣніе для Россіи!... „Славяне, вообще говоря, отстали от ь тевтоновъ именпо потому, что они ямѣзи слишкомъ рьяный лухъ н, къ большой невыгодѣ, духъ односторонне развитый. Не было нн одного народа среди славянскнхъ племенъ, въ коемь бы всѣ стихін гі>аждансгвенной жизни соедннилнеь для построенія быта прочнаго, снособнаго къ дальиѣйпіему раввитію. Въ каждомъ сіавянскомъ народѣ было только одно народное сословіе дѣйствующимъ; всѣ же другія былн мертвымп, страдательными... Надежіа оставалась на Польшу и Россію. Полыпа нпкогда не была государствомъ: она была тевтонпзованная казацкая община—энерги- ческал, но сиротствующая стихія государственная! Полякн. по рожденію сво- ему, будучи храбрымъ славянскимъ казачествомь, отреклпсь отъ свонхъ родн- чей н, пресмыкаясь нредъ тевтонамп и Рнмомъ, втопталп въ землю свою меныную братію, погреблн павсегда городскій и сельскіп бытъ своего просто- народія: никогда и ннгдѣ человѣчество не было столько преанраемо и утѣс- няемо, какъ въ Польпіѣ: съ нпмъ погибла вдѣсь основпая стихія государствен- ная. Европа ннкогда искренно не усыновила паіяковъ: императоръ,ра:!давая тмтулы, счнтал ь нхъ вассаламіг; новорожденная Пруссія — будущею военною добычею; а папа погубилъ нхъ навсегда неумѣетною ревності») о своемъ вла- дычествѣ. Польское дворянство осталось безъ народа, но съ нзящнымн фор- мами европейскаго вассала. Какон славный урокъ для славянскихъ племенъ... „Чѣмъ болѣе порнцаютъ насъ тевтоны, тѣмъ болѣе мы должны гордиться собою. '&іо значитъ, что мы не тевтонпзованное ничто. Русская земля имѣеть всѣ стнхіи для образованія великаго государства п велпкаго народа. Первокина д&лъ, н а конецъ, Погодянъ вь „Изслѣд., замѣчаніяхъ и лекціяхъ о русской исто- ріж“, М. 1846. т. II, стр. 196—211. ') Подразумѣвается Атилла, который со временъ Венелина считался т ь пколѣ славлискимъ или даже нрямо русскимъ царемъ. *) На языкѣ Морошкяиа это зиачвту. калацкями.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4