334 ГЛАВА IX . исторіи этнографіи. Народно-историческій интересъ только-что скла- дывался: чувствовалась недостаточность прежней чисто внѣшней го- сударственной исторіи, и возникала потребность изслѣдовать основы внутренней жизни народа, его бытовые и нравственные идеалы. Это стремленіе, еще поэтически-неопредѣлениое, особенно выразилось у Пассека, и оттого имя его называлось въ то время съ большими со- чувствіями: онъ высказывалъ созрѣвавшую потребность. Труды его, кромѣ немногихъ описательныхъ еочиненій, немного дали прямого научнаго матеріала, но имѣютъ свое историчеекое значеніе: эго —* предисловіе къ настуиившимъ вскорѣ спорамъ славянофиловъ и за- надниковъ о русской національной ндеѣ и къ болѣе глубокой по- становкѣ этнографическихъ изученій. Книга дѣлится на нѣсколько главъ или статей: нервая посвящена личнымъ воспоминаніямъ и размынхленіямъ о русской старинѣ; вто* рая посвящеиа „Украйнѣ“ (стр. 51— 112, съ эпиграфомъ изъ Рудаго- Панька); третья— „Малороссіи“ (стр. 113— 155); далѣе идутъ „меч- тан ія“, гдѣ авторъ обращается къ общему вопросу личной и исто- рической жизни человѣка, къ опредѣленію исторіи, къ необходи- мости новыхъ изученій п р ошлаго Россіи; наконецъ. небольшой „эпи- логъ“ . Книга открывается восноминаніями дѣтства и ювоети въ Сибири —о впечатлѣніяхъ свѣжей и дикой природы, о народныхъ истори- ческихъ преданіяхъ („Ермакъ былъ первымъ героемъ моихъ меч- таній“); потомъ—переѣздъ въ Россію, путь до Москвы среди новыхъ впечатлѣній; наконецъ, Москва. Мечтанія юности сливаются съ меч- таніями историка. Кремль переноситъ автора въ прошедшее Москвы, въ далекую старину руеской народной жизни: историкъ долженъ открыть ея характеръ, источникъ ея отличій отъ жизни западной Евроиы. Авторъ находитъ этотъ источникъ въ особомъ усвоеніи хри- стіанства славянскимъ племенемъ: „Оно (хриетіанство') близко душѣ человѣка, п о тому что проповѣдуетъ все нстпнное и благое; оно блпзко къ характерпстнкѣ славянскнхъ племевъ по своеіі соэерпательногпш“ (стр. -Ш. Въ этой „созерцательноетии, хрнстіанскомъ спокойствіи и нокор- ноети, онъ находитъ поясненіе многихъ событій руеской исторіи. Обязанность иеторика и зн ач ен іе нсторіи предстазляю тся ему въ самыхъ возвышенныхъ чертахъ: „Тотъ не иеторпкъ, кто не поэтъ,—говорптъ Пассекк—потомт что у него не достанеть душн, чтобы слатъся съ человѣчествомъ, чтобы обнять его, по- тому что псторія есть мкон» кинувшаго, вдохиовенное пророчество о буду- щеігь! Тот ъ не нсторнкъ, кто не мыслптель и не поэгъ. Только Вико, Гердеры. Боссюеты, Пнбуры создалп псторію, только поэтпческій идеалпзмь Шеллинга
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4