ГЛАВА ѴШ . Сішірова другнми даниыми, столь же обильными и разнообразными. Ему вѣрилн н а слово. Въ самомъ дѣлѣ, сличая содержаиіе грудовъ Сахарова съ на- лнчностью ттдашней литературы въ этой области, найдемъ, что мпогое изъ его матеріала было чистою новостью. Изданіе пѣсенъ, сказокъ, оПисаніе обычаевъ, предапій, заговоровъ, загадокъ, игръ, гадапій, чародѣйства; народный дпевиикъ; изданіе старинныхъ сло- варей и азбуковниковъ, старыхъ путешествій, записокъ и т. д., — все это или вообіце въ первый разъ переходило въ печать изъ устъ яарода, изъ рукописей и старыхъ рѣдкихъ изданій, или впервые было собрано въ одно цѣлое и сдѣлано доступнымъ для читателя- неснеціалиста, всиомянуто и иущено въ научно-литературный обо- роть. Ноявлепіе этого матеріала одно было цѣлымъ событіемъ, да* вая новыя свѣдѣпія объ искомой „народности", расширяя горизонтъ наблюденій, возбуждал (если н е у самого издателя, то у другихъ) новые воиросы и новыя точки зрѣнія. Собственпыя идеи Сахарова пропускались, дѣло было не въ ннхъ; а вскорѣ послѣ, когда возникли паучные пріемы изслѣдованія, :»ти идеи были уже такъ странны, что ихъ не стоило опровергать. Сахаровъ вызвалъ строгую критику уже не съ этон стороны, а—тамъ, гдѣ шла рѣчь о подлипности самого на- родно-поэтнческаго текста, и въ воп{юсахъ научнои археологіи. Остановимся на нѣкоторыхъ подробиостяхъ его работы и самаго матеріала. Бъ предисловіи къ „Сказавінмъ“ онъ обращается къ „добрымъ русскимъ людямъ“ и однимъ изъ побужденій его изучать свою на- родиость было—что скажеть о нашей народности „чужеземецъ“ , эта і<1ёе Пхе Сахарова. Иъ выраженіяхъ его нривязанности къ старому обычаю, кь жизни народной есть тенлое чувство, проблески мысли о нравственно-общественномъ значеніи народной идеи; но все это ска- зано съ той же неловкостыо мысли и выраженіи, какая поражаетъ въ нозднѣйшихъ я3анискахъ“ '). Онъ бываетъ ясенъ только тогда. когда говорить не мудрствуя лукаво и, не пускаясь въ ученость, и.иагаетъ факты: но какъ только онъ берется за обіцін соображенія, ) Нзпрникръ. „Было вреіія, когдь всѣмь этихъ (народной старииоя) дорожилп, когда к е это лшЛвли, когда *се это берегли. какі сокровите. Образованные евро- пейвы нашпхи пѣсняті, но можно ли ихъ восторт ъ сравнить съ наишмь восторгоиъ. Они въ нашей народнои позПи слышали только отголоски, вы- летавшіе изъ восторженвой души (?); но они не п о глн постигать нашихъ былинг, создаваеяыхг вдохновеніемъ и восторгоіть (?) въ полиомъ наслажденіи семейной жизни*.—Неаоялпю. „Какая-то непостижииая сила сберепа для насъ памятники угаснувшей сло- весности: ІТѢснь о полку Игоревомъ и Сказаніе о кулвковской битвѣ“- — Отчего непостпжнмаяі
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4