НАДЕЖДИНЪ. РУССКІЙ ЯЗЫКЪ. 259 нпхъ, точныя, опредѣленныя, выразительныя. Но... вся образованность паша прпшла кь намъ со стороны, взята намн у чужнхъ народовъ. И добро бы это занмствованіе было постепевно, этотъ приливъ мало-по-ма.ту п р о нпкалъ къ памъ п давалъ досуть и возможность обратит ь припосимыя пдеи въ нашу собственность, въ сокъ и кровь пашей жизни; пѣтъ! Опъ хлынулъ на пасъ вдругъ, залплъ насъ всемірнымъ потопомъ! Когда ыогучая рука Петра отво- рила для нась всѣ хляби евроиейскаго просвѣщенія, европейской цивилязаціи, языкъ нашъ былъ еще молодое растеніе, только-что начавшее раснускаться подъ благодатнымъ солнцемъ народной самобытности. Весьма естественно, его не могдо достать на всѣ вдрутъ открывшіяся потребности, вдрут ъ нахлынув- шія идеп, и онъ долженъ былъ н е только отказаться оть поставки новыхъ словъ на новыя п о нятія, но даже потерять возможность дать настоящую зрѣ- лость у ж е про зябшимъ лнсткамъ, развернувшимся ночкамі., должеиъ былъ оиу- стпть вѣтви, пригнуться къ аешѣ, отречьея вовсе отъ цвѣта и плодотворенія, какъ былпнка, засѣченная про.тивнымп дождями“... (Въ высшемъ обществѣ, принявшемъ евронейскіе правы, онъ уступилъ мѣсто языку французскому; но этимъ не ограничилось)... „Въ нашемъ ученомъ языкѣ господствуетъ греко- латипская терминологія; судебный языкъ испещренъ латино-нѣмецкими выра- женіями; языкъ нскусствъ живет ь итальянской техникой; промышлепность, торговлл и мореіілаваніе загромождены англійскон фразеологіей. Даже про- стой народъ, не поннмая пдей, перенялъ, какъ скворецъ, тму этихъ чужихъ словъ, и щеголяетъ ими, передѣлавъ на свой салтыкъ*... Противодѣйствовать этому очень не легко, нотому что не легко соетавлять новыя слова. Улучшенію языка будетъ содѣйствовать бо- лѣе широкая литературная жизнь и критика; для лексическаго обо- гащенія должны послужить родственные языки. Чтобы ѵзнать народъ вполнѣ, надо изучать его не отдѣльно, а въ той группѣ, семьѣ, породѣ, къ которой онъ нринадлежитъ. Въ языкахъ этой группы надо искать и источниковъ для обогащенія своего языка. „Неоспоримо,—говоритъ Надеждинъ,—философическое знаніе общей основы человѣческаго слова, то, что н а зывается все* общей грамматикой или философіей грамматики, бросаетъ много свѣта на изученіе каждаго языка порознь; но ближе и точнѣе, съ большей пользой и обширпѣйшимъ примѣненіемъ, языкъ изучается въ своей групнѣ, въ своемъ семействѣ“ . Надеждинъ почти назы- ваетъ сравнительную грамматику, которая только-что въ то время основывалась и еще не была примѣнена къ славянскимъ нарѣчіямъ. „Такое изученіе, открывая всѣ формы слова, развиваемаго изъ одного веіцества однимъ духомъ, знакомитъ короче съ этимъ духомъ, а тѣмъ самымъ, при отдѣльномъ изслѣдованіи каждаго языка въ изученной грунпѣ, даетъ возможность угадывать, что этимъ языкомъ недоска- зано, и, по аналогіи прочихъ сродныхъ, предчувствовать, какъ это должно быть досказано“ ... Надеждинъ указываетъ на громадное родственное племя: „пашъ языкъ принадлежитъ къ многочисленному семейству славянскому: и 17»
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4