240 ГЛАВА V II . ніемь, охладѣвіемъ, усыпденіемъ! Пустота, естественное слѣдствіе безразсуд- наго расточенія снлъ, обнаружила сама себя новсюду“. (Война между класси- цизмомъ и романтизмомъ заставлла самоувѣренность признаться въ своей внут- ренней ничтожности). (Упадокъ—явный; но накоаецъ долженъпроизойти новоротъ). „Върусской словесностн близокъ долженъ быть поворотъ псвусствевнаго рабства и при- нуждепія, въ коемъ она доселѣ не могла дышать свободно, къ естественностиі кь народности. направленіе сіе ощутнтельно отчасхи и въ высшпхъ слояхъ наіпего литературнаго міра. Романы Загоскина, въ конхъ русская народность выработана до идеальнаго нзящества,... между собственно-поэтическимн пронз- веденіями, „Ворисъ Годуновъ“ (Пушкина) и „Марѳа Посадннда" (изданная По- годинымъ) отличаются глубокою народностью... Но блистательнѣйпіпмъ разсвѣ- томъ русской народностк поэзіи порадовала насъ прекрасная сказка Жуков- екаго ’), явившаяся на рубежѣ нстекшаго года“... г). Въ приведенной цитэтѣ выраженія о русскомъ духѣ остцвались неопредѣленны: —какъ приспособитъ европейскую образованность къ этому духу, какъ возраститъ ее изъ внутреннихъ его соковъ?—но рѣзко обозначено подавляющее вліяаіе этой образованности, и тре- бованіе самостоятельнаго труда, естсственности и народности. Въ тогдашнемъ запасѣ литературы было еще мало произведеній, кото- рыя подходили бы къ этом у требованію, и Надеждинъ, рядомъ съ „Борисомъ Годуновымъ“ , радуется сочпненіямъ Загоскина, Погодипа, сказкѣ Жуковскаго, баснямъ Крылова: но онъ съ вѣрнымъ чутьемъ угадывалъ близость поворота къ желанной полной „самообразной про- изводителгности“. Поворотъ наступалъ уже въ ту минуту: появились первыя произведенія Гоголя. Надеждинъ съ перваго раза восхищадся его разсказами, а когда въ два-три года явились еще новыя произ- веденія Гоголя, то въ томъ же журналѣ ученикъ Надеждина, Бѣлпн- свій, съ восторгомъ привѣтствовалъ въ нихъ новый наступающій пе- ріодъ русской литературы. ВоПросі. о „классицизмѣ“ и „романтизмѣ“ провалился сквозь землю. Но пока онъ еще былъ въ наличности. Надеждинъ возвращается къ нему еще нѣсколько разъ, и въ томъ же году о немъ напоминали новыя стихотворенія Пушкина *). Отношеніе Надеждина къ Пуш- кину выше указано: въ той самой статьѣ, о которой мы здѣсь гово- ’) Эго была „Сказка о спящей царевиѣ“ , напечатанная въ „Европейііѣ”, И . В . Кирѣевскаго. 2) „Отчетъ за 1831 годъ“, Телескопъ 1832, I , стр. 147— 159. Въ той же кипжкѣ, стр. 167 п слѣд., помѣщена универсвтетская р іч ъ М. А. Макснмовича—о русскомъ просвѣщеиів, развиваюшая ту же основнугі мыслъ: европейское просвѣщеиіе стало нашею потребностью; но стремленіе это, дошедши до кравности, должно было раз- р ѣш іп к я „отчетнымъ с о шаніемъ, которое столъ прилично европейской просвѣщен- ности*, и ознаменоватъся обращеніемь къ сгсему, народному. 5) „Телескопъ", 1832, I I I , стр. 103 и слѣд.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4