234 ГЛЛВА VII. вивавшееся подъ европейскими вліяніями 1). Этому заявленію тогда дѣлалось множество панегириковъ, какъ націонадьному откровенію; на дѣлѣ, направленіе литературно-общественнаго интереса въ сто- рону народности было отъ него совершенно независимо: литература жила своей внутренней жизнью, шла своими путями,—она стреми- лась въ этомъ направленіи и ранѣе; явленіе величайшахъ національ- ныхъ писателей, Пушкина и Гоголя, совпадавшее съ заявленіемъ, было плодомъ предыдущей исторіи общества. Но при всемогуществѣ оффиціальннаго авторитета, заявленная программа не осталась безъ своего дѣйствія на характеръ литературы и науки: именно исторіо- графіи и этнографіи. Это дѣйствіе было двоякое: очень благотворное, когда правительственная власть, въ вяду „народности“, оказывала содѣйствіе научному изслѣдованію, напр., учрежденіемъ Археографи- ческой коммисіи и разрѣшеніемъ Географическаго Общества; но и менѣе благотворное, когда программа, тѣмъ или другимъ путемъ, производила извѣстное давленіе: у изслѣдователей, кромѣ интересовъ науки и безкорыстной любви къ народу, стала сказываться и ви- димая наклонность идти въ угоду данной программѣ. Многимъ безъ сомнѣнія казалось, что программа и есть то самое, къ чем у стреми- лись ихъ собственныя мысли... но рядомъ съ этимъ „оффиціальная народность“ породила множество общественнаго, литературнаго и научнаго лицемѣрія: изображеніе и толкованіе народности пригоня- лось къ условпому оффиціальному представленію. которое строилось по Державину и Карамзину, въ соединеніи съ бюрократическими и помѣщичьими взглядами, съ двусмысленной любовью къ „мужичку" и съ такъ-называемымъ „кваснымъ“ патріотизмомъ, для котораго найденъ былъ тогда терминъ—или Полевымъ, или кн. П. А. Вязем- скимъ (авторомъ „Русскаго Бога“). Но какъ въ литературныхъ изображеніяхъ надо всѣмъ этимъ возобладала истина, внушаемая произведеніями Пушкина и Гоголя, такъ и въ изученіяхъ историко-этнографическихъ, еще въ томъ же періодѣ, взяло верхъ научное отношеніе къ предмету, къ которому присоединилось правдивое чувство народности. Въ ряду писателей, которымъ принадлежитъ въ этомъ періодѣ заслуга основанія научной этнографін, одно изъ самыхъ почетныхъ мѣстъ занимаетъ Н. II. Надеждинъ (1804— 1856 \ Не останавли- ваясь на подробностяхъ его ученой и литературной дѣятельности *) !) Ср. объясненія г. Алексѣя Веселовскаго въ книг і: „Запздвое вліян іе“ и пр. а) Укажемъ его извѣстную, вирочемъ недописанную, „Автобіографію“ , съ до- полиеніями II. С. Савельева, въ Р. Вѣсти. 1 8 'в , Лё 9, стр. 19—78; „Восномиванія о Н . II. Н адеждин і“ , Срезневскаго, въ .В іс тн и кѣ Геогр. Обш.“, ч. XV I, 1855, V, I — 16.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4