РОМАНТИЗМЪ. 2 2 1 года сражаются копьями, стрѣлами и щитами, опи извлекли это во- оруженіе и боевые обычаи даже н е изъ древне-славянской, а изъ галльской и оссіановской древности. Въ „Свѣтлапѣ“ (1811) только первая строфа да ітъ вѣрную картинку русскаго гаданья, а затѣмъ она опять романтична по-нѣмецки. Важно было, однако, то, что рядъ изящныхъ нереводовъ сооб- щалъ литературѣ и образованиымъ людямъ совсѣыъ новое нредстав- леніе о аародномъ предапьѣ, научалъ искать и н а ходить въ немъ поэтическую прелесть. Если въ западныхъ литерагурах ь романгизмъ, извѣстными своими сторонами, подпималъ элементъ пародности, то и у насъ онъ дѣлалъ тоже самое. Строіра „Свѣтлапы“ нредвѣщала народпо-поэтическія пьесы Пушкииа. Наконецъ, съ романтизмомъ начинается новое обращеніе къ собиранію народнои поэзіи. Въ 1816, когда Жуковскій думалъ о „Владимірѣ“, занялся для него псторіей, собирался ѣхать въ Кіевъ и Крымъ, онъ заботился и о собрапіи пародныхъ сказокъ и преданій. Онъ норучалъ своимъ нлемянницамъ Зонтаіт. и КирЬевской, жившимъ въ Бѣлевѣ, записы- вать для него деревенскіе разсказы, н а дѣясь ногомъ иривести этотъ матеріалъ въ норядокъ. На поэзію національную, — говорилъ онъ имъ,—никто не обраіцаетъ вниманіл: въ сказкахъ заключаются на- родныя мнѣнія; суевѣрныя преданія даютъ ноплтіе о нравахъ и степени просвѣщенія старины. Въ связи съ романтизмомъ возпи- каютъ у тогдашнихъ критиковъ и теоретиковъ (кн. Вяземскій, кн. Одоевскіл и др.) вопросы о „пародиости", какъ цѣли или свойствѣ литеі»атуры ‘). Собираніе произведеній на]юднои ноэзіи запимаетъ Пушкина какъ сильно развитый съ дѣтства личпый вкусъ и какъ важная вещь для собственнаго творчестпа и литературныхъ интере- совъ. Въ младшемъ поколѣніи, двоюродный внукъ Жуковскаго, Петръ Кирѣевскій является первымъ собирателемъ съ опредѣленпой, ') Папр. издатели „>Інсмозины“ (1824—25), кн. Одоевскін и Кюхельбекеръ, гор- дились, что заставили другія изданіл говорить о необходимости народпости вь поэзіи (IV , 233). О послѣднемъ „Мнемозина“ внражалась такъ: „При основательнѣйшихъ ооянаніяхъ и Мльшемъ ніжели теперь трудодюбіи яа- шихъ пнсателей, Россіл по самому своему географическому полохеиіи могла бы присвоить себѣ всѣ сокровища ума Квропы и Азіи... „Но яедовольяо присвоить ссбѣ сокровиша иноплеменниковъ: да создастся длл славы Россіи поэзія истинпо русскал... Вѣра праотцевъ, нравы отечественные, лѣто- писн. пѣсни и сказаніл народныя—лучшіе, пистѣйшіе, вѣрнѣйшіе источники длл на- шей словесности. „Станемъ надѣятьсл, что наконецъ наши писатели, изъ коихъ особеино нѣко- торые молодые одарены прямымъ талантомъ, сбросятъ съ себл поносныя цѣпи яѣ- мецкіл и захотлт ь быть русскямя“, и проч. ( I I . 42—43). Въ послѣдиемъ случаѣ автиръ статьи „оссбенио имѣль т ь виду А. Пушкина. котораго трв поэмы, особевно пер іал , подають великтю н ад ел д у “ .
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4