РОМАБТИЗМЪ. 219 мантизмомъ западнымъ въ его разпыхъ н а правленіяхъ (кромѣ общѳ- ственно-либеральнаго), самъ при зтомъ подчигіился его вліяніямъ и открывалъ имъ путь въ нашей литературѣ. Псевдо-классицизмъ, по- строенный на школьной теоріи, всегда сильно реторическій, снускался къ дѣйствительности развѣ только въ комедіи и въ іпутливой поэмѣ, а болыпе вращался между ходульными героями съ возвышеппыми чувствами и т. п.; ромаптика расширила поэтическую область, сбли- жала поэзію со всѣми нравственннми движеніями жизни, вводила пародпость не въ ирипижаюіцемъ комическомъ тонѣ, а какъ глубо- кую нравственную стихію, цѣнную по ея первобыгности, и пезамѣтно демократизировала поэзію. Романтизмъ, особливо нѣмецкій, повиди- мому, любилъ погружаться въ чистую фантастику, съ волшебствомъ, привидѣніями, чертями и т. п., но источникомъ этой манеры было средпевѣковое и современпое народное преданіе. Такимъ образомь, народное нашло узаконенный доступъ въ поэтическій обиходъ лите- ратуры; за чужими явились и свои нреданія и легепды, въ той же самой идеализаціи первобытно-пароднаго. Съ другой стороны, ромап- тизмъ взамѣнъ ложно-классическаго одпооб[іазія искалъ нестрыхъ красокъ, колорита мѣста и времени, и здѣсь являлось новое по- бужденіе наблюдать бытовыя народныя черты... Жуковскій уже вскорѣ подъ руководствомъ нѣненкихъ романтиковъ стремится создать рус- скую балладу въ „Громобоѣ" и „Вадимѣ“, ааправляется пъ русскую народную миѳологію въ „Свѣтланѣ", нѣсколько лѣтъ обдумываетъ ка- кого-то, оставшагося ненаписаннымъ. „Владиміра“ (подъ которымъ ра- зумѣлся древній кіевскій князь), позднѣе пересказываетъ въ стихахъ народпыя сказки и т. д. Въ 1816 году онъ уже заботится о соби- раніи народныхъ пѣсенъ, преданій и проч. Отсюда уже ясенъ успѣхъ этого интереса къ пародпости въ срав- непіи съ тѣмъ, что мы видѣли въ Ху п І вѣкѣ. Въ томъ вѣкѣ это былъ интересг вепосредственпый, который мотъ опнраться на свѣжихъ еще бытовыхъ вкусахъ и привычкахъ: запи- сываніе пѣсенъ, какъ „охота*, гало еще отъ семнадцатаго в-Ька; но историческія свѣдѣнія были грубы, и такъ какъ народъ п о тогдаш- нимъ понятіямъ былъ „чернью*, то въ литературномъ воспроизпеде- ніи „народность'—все еще въ согласіи съ псевдо-классической тео- ріей—могла явиться только въ комедіи или шутливой пьесѣ и оперѣ. Теперь точка зрѣнія была хотя все еще н е ясная, но уже болѣе глубокая; историческія знанія о старинѣ стали гаире, особливо послѣ Карамзина; хотя еще подъ чужими впуптеніяни, по серьезпо берется народпое преданіе, въ немъ отыскивается поэтическое содержапіе и воспроизводится въ литературі. рядонъ съ лучшини произведеніями западно-европейскихъ поэтовъ. Форма воспроизведенія пока далеко
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4