194 ГЛАВА V. ставлено было знаменитымъ актеромъ ^Іитревскимъ, который былъ также писателемъ и жилъ за границей во время напечатанія этой статьи. „Извѣстіе* было первымъ началомъ нѣсколько цѣль- ныхъ обзоровъ русской дитературы, и между прочимъ появленіе его побудило къ нодобному труду Новикова, который издалъ въ 1772 свой „Опытъ историческаго словаря о россійскихъ писателяхъ“ '). Подъ вліяпіемъ нѣмецкой школы образовались историко-литера- турныя поплтія мало извѣстнаго, по замѣчательнаго русскаго библіо- графа прошлаго вѣка, Дамаскипа (1735— 1795). Дмигрій Семеповъ- Рудневъ, потомъ въ монашествѣ Дамаскинъ, у ч ился въ московской Славяно-латинской академіи и былъ потомъ учителемъ реторики и греческаго языка въ крутицкой семинаріи. Въ 60-хь годахъ про- шлаго столѣтія рѣюенобыло нослать нѣсколькихъ молодыхъ, хорошо нодготовлеппыхъ семинаристовъ за границу для довершенія ихъ обра- зованія; Дамаскину въ это время было уже 30 лѣтъ, но опъ также выразилъ сильное желаніе цродолжать ученіе и вызвался быть инспек- торомъ при этихъ молодыхъ людяхъ и вмѣстѣ съ ними слушать лекціи. Такимъ образомъ, онъ провелъ шесть лѣтъ въ Гёттингенѣ (1766—1772), гдѣ, по тогдаіпнему обычаю, его занятія распростра- нялись на самые разпообразные предметы; это были: богословіе, цер- ковная исторія, толковапіе ветхаго завѣта н а еврейскомъ языкѣ и новаго завѣта н а греческомъ, эксиериментальпая физика, упиверсаль- ная и европейская исторін, статистика и математика, нѣмецкій и (1>ранцузскій языки, естественное право, сельская экопомія, философія, дипломатика. Университетъ, въ средѣ н{»офессоровъ котораго были знаменитые учепые, видимо возбуждалъ самостоятельвую дѣятель- ность руднева, и, напримѣръ, слушая у Михаэлиса еврейскій и араб- скій языкъ и сбъясненіе подлинныхъ текстовъ писанія, Рудневъ дѣ- лалъ уже любопытныя для его профессора сличенія славянской библіи съ греческимъ оригипаломъ. Критическіе пріемы нѣмецкой школы Рудневъ примѣнялъ къ изученію источвиковъ и литерагуры русской исторін. „Въ послѣднемъ году передъ выѣздомъ изъ увиверситета,— говоритъ онъ,—унражнялся я пободьшей части въ россійской исторіи, пріискавъ, а многихъ и перечитавъ, авторовъ до росеійской исторіи надлежащихъ, какъ иностравныхъ: на нѣмецкомъ, фрапцузскомъ, англійскомъ и латинскомъ, такъ и на русскомъ, о сведепіи коихъ ночти совсѣмъ готова уже у менд и книжка, которую я со време- немъ выдать въ свѣтъ намѣренъ*. Рудневъ избранъ былъ въ члены геттингенскаго историческаго института, въ собраніи котораго онъ *) „Опытъ“ перепечвтанъ *ъ тѣхъ *е „Матеріалахъ* г. Ефремова. Тамъ же перепечатаны еще историко-литературная записка Штелпна, статья Домашнева и др.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4