188 ГЛАВА V. ставлялся, видимо, совсѣмъ независимо отъ Академіи, опять по соб- ственной иниціатнвѣ собирателя ‘ ). Въ Россійской академіи этотъ вопросъ долженъ былъ потребо- вать лснаго рѣшенія, и былъ рѣшепъ, кажется, только ію уиомяпу- тому вмѣшательству Болтина. На нервый разъ Академія рѣшила- было совсѣмъ не допускать въ словарь подобныхъ словъ. Въ перво- начальномъ планѣ было сказано: „московское нарѣчіе предпочитать прочимъ, а провинціалышя и нсизвѣстныя въ столицахъ слова и ре- ченія не должнм имѣть въ словарѣ мѣста“. Въ этомъ постановленіи хотѣли, кажется, слѣдовать мыглямъ Ломоносова объ этомъ предметь (хотя его настоящія мысли были не совсѣмт таковы). Но Болтинъ рѣшительно возсталъ противъ такого мнѣнія: опъ не былъ согласенъ съ нимъ ни относительно предпочтенія московскаго нарѣчія, ни отно- сительно словъ, неизвѣстяыхъ въ столицѣ. „Нельзя сказать вообще, —писалъ онъ въ своихъ замѣчапіяхъ,—чтобъ нарѣчіе московское прочимъ предпочитать довлѣло, ибо въ числѣ реченій, московскими уроженцами употребляемыхъ, есть мпогія изуродоваппыя, непригожія и устраиившіяся отъ чистаго языка и отъ правильнаго выговора... Также и провинціальныя слова, неизвѣстныя и л и неупотребляемыя въ столицахъ, наирасно изгонять изъ словаря, понеже нѣкоторыя изъ нихъ послужатъ къ обогащенію языка, каковы суть: луда, тундра и проч. Другія, прямо отъ елавянскаго языка начало свое ведущія (каковыхъ въ новгородскомъ и малороссійскомъ множество есть), мо- гутъ послужить къ объясненію производства другихъ словъ, въ об- щемъ употребленіи находящихся. А нѣкоторыя могутъ употребляемы быть въ сочиненіяхъ издѣвочнаго рода, а особливо, гдѣ надобнобу- детъ заставить поселяннна говорить. У малороссіянъ есть многія собственныя слова и названія, кои во всякихъ судонроизводствахъ и сдѣлкахъ употребляются. У бѣлорусцовъ также есть собственныя назвапія и реченія, нигдѣ кромѣ Бѣлоруссін не употребляемыя, но необходимо нужныя къ свѣдѣнію для всѣхъ вообще, по причинѣ употребленія ихъ во всякихъ письмахъ. Всѣ таковыя реченія, хотя не повсемѣстно употребллемыя, но могущія для всѣхъ вообщо быть нѣкогда потребны къ свѣдѣнію, должны въ словарѣ имѣть мѣсто. Подъ нменемъ словаря разумѣется такая книга, въ которой не одни отборныя и употребительныя, но и всятродныя слова, т.-е. добрыя и худыя, пизкія и благородныя, употребительныя и неунотребитель- ' ) Это былъ тоть друт ь Радищем. о которомъ вспомпнала им п ер. Ккатерина по поводу книти послѣдняго. Оі'щест*о любителей древнеи письменностн издало подъ редакніеГі Л. Майкова любопытное нтгешествіе этого Челищева на сѣверъ Россіи, въ кондѣ Х \ ‘Ш-го вѣка.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4