ВВЕДЕНІЕ. 7 (сЬгё(іепІё) къ не-христіаиствт, именно къ византійской „схизмѣ“ и къ азіатскому магометанству; еи короли были „христіанпѣйшіе" и „апостоличегкіе*. Древняя Русь такимъ же образомъ всего рѣзче противополагала свое истинпое православіе „поганой латыни“ и „не- вѣрному бусурманству“. Народность эмпирически опредѣлялась язы- комъ; но близость или даже полное единство народностей по языку не связывала ихъ, не внушала имъ политическаго стремленія другъ къ другу, какъ части стремятся къ объединенію въ цѣлое,—выше этого чувства стояло не только религіозное соображеніе (русскіе ка- толики или уніаты считались какъ будто совсѣмъ не русскими, — даже и не въ средніе вѣка католики французы истребляли своихъ протестантовъ, какъ враговъ), но даже просто политическая граница (западный русскій, хотя и православный, былъ для москвича „Лит- вой“ , а южные русскіе „черкасами“). Въ Руси до-татарской націо- нальное сознаніе цѣлаго въ этомъ отношеніи было, пожалуй, яснѣе, чѣмъ во времена московскаго царства. Другая черта неиолноты національнаго сознанія была въ томъ, что національность сознавала себя въ тѣ вѣка липіь въ одиночествѣ, въ своихъ исключительныхъ предѣлахъ. Знали и противополагали себя только ближайшему сосѣдству — всего чаще враждебво, вслѣд- ствіе старыхъ и новыхъ военныхъ столкновеній, религіознаго раз- личія; международное знакомство ограничивалось, кромѣ диплома- тическихъ сношеній. ьѣдомыхъ только власти, слабо развитыми тор- говыми связями, и при ограниченности или полномъ отсутствіи спо- шеній культурныхъ и образовательныхъ, народы мало знали другъ друга и не опредѣляли своей особности въ этомъ отношеніи, или опредѣіяли ее только голымъ отрипаніемъ всего чужого... Для старой Россіи все западно-европейское было безразлично „нѣмецкимъ” или „фряжскимъ“: этотъ послѣдній терминъ дожилъ отъ далекой древ- ности до самаго конца XVII вѣка, не получивъ ближайшаго опре- дѣленія! Изъ этого „нѣмецкаго" и „фряжскаго" извѣстны были лишь случайныя черты, и неизвѣстны — главнѣйшія; понятно, что старая національиость не могла сознать себя относительно этого чуждаго міра, гдѣ однако совершались великія созданія мысли и художе- ственнаго творчества,—которыя она должпа была для своего еобствен- наго развитія (и послѣ чувствовала сама потребность) себѣ усвои- вать... Народное сознаніе или представленіе народа о евоей жизни не оставались неизмѣнными или тожественными и относительно быта по- литическаго и общественнаго. Обыкновенно говорится, что народъ самъ создаетъ формы евоей государственности. и такимъ самымъ подлиннымъ и характеристиче-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4