172 ГЛАВА V. вянскаго языка, такъ онъ съ великою осторожностью приступаетъ къ вопросу „объ ортографіи роесійской“, гдѣ разсказываетъ исторію славянской азбуки и разныхъ ея перемѣнъ. Собираясь печатать эту книжку, онъ обращается съ спеціальнымъ прошеніемъ къ тогдашнему президеяту академіи, гр. Разумовскому (1747), „увѣр я я ,— пишетъ онъ, — подъ лигиеніемъ чести и живота, что въ сей моей книжкѣ нѣтъ пикакихъ противностей православной вѣрѣ, самодержицѣ, оте- честву, добронравію; также нѣтъ въ ней никакихъ обидныхъ словъ и изображеній пи тайныхъ, ни явныхъ никому“ 4). Такимъ образомъ ѵ нась только въ первой половинѣ ХѴІІІ-го вѣка поднимался тотъ осповной вопросъ литературы, вопросъ объ ея орудіи, который въ заиадныхъ литературахъ былъ рѣшенъ гораздо раныпе: у итальянцевъ въ XIV вѣкѣ съ Дантомъ, Петраркой и Боккачіо; у англичанъ въ XVI вѣкѣ; у нѣмцевъ тогда же, съ Лютеромъ; у фран- цузовъ въ X V— ХѴІ-мъ, съ лигературой Возрожденія. Въ новыхъ славянскихъ литературахъ (за исключеніемъ нольской) ототъ вопросъ усердно, и часто съ большнми трул,иостями разработывался съ конца прошлаго и даже въ XIX столѣтіи... Заботы объ усовершенствованіи языка уже вскорѣ послѣ основа- нія Академіи наукъ выразились ирактическими предпріятіями. Въ 1735 году при Академіи основано было особое общество, цѣлью ко- тораго было стараться „о возможномъ дополненіи россійскаго языка, о его чистотѣ, красотѣ и желаемомъ потомъ совершепствѣ“; имѣлось въ виду представить не только переводы „степенныхъ" авторовъ, но и исиравную грамматику, „согласную мудрыхъ употребленію“ , сло- варь, реторнку и стихотворную науку: „изъ основательныя грамма- тики и красныя реторики,—говорилъ Тредьяковекій,—не трудно про- изонти восхищающему умъ и сердце слову ніитическому". Особен- ною заботой былъ у ж е тогда „дикціонарій полный и довольный“. Первое засѣданіе этого собранія происходило въ мартѣ 1735 года, и главными членами его были: Тредьяковскій, Ададуровъ и „рек- торъ нѣмецкаго я зыка“ Швановичъ; академическимъ переводчикамъ предпнсано было собираться еженедѣльно для исправленія перево- довъ. Но о дѣятельности этого общества извѣстно очень мало, и вг 1743 г. оно было уже закрыто. Современники называли его „Рос- СІйскимъ собраніемъ“, а Татнщевъ именуетъ его даже „Россійской академіей“ и замѣчаетъ, что она учреждена была „на томъ осно- ваніи, какъ во Франціи* и подчинена была президенту Академіи •) Исторія Акад. Наукъ, т. П, стр. 121.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4