СРЕДСТВА РУССК0Й НАУКИ. 8 9 нослѣднюю черту не трудно замѣтить въ біографіяхъ и самыхъ со- чиненіяхъ нашихъ ученыхъ прошлаго вѣка. На „ученый свѣтъ* ссылается не разъ Ломоносовъ, когда хочетъ сильнѣе доказать свою мысль или рекомендовать свой совѣтъ, и эти ссылки бывали очень основательны: „ученый свѣтъ“ давалъ правильное объясненіе явленій природы, указывалъ вредъ какого-нибудь ходячаго обычая или нелѣпость суевѣрія, давалъ полезныя практическія указанія и т. д. „Ученый свѣтъ“ дѣйствовалъ не на однихъ спеціалистовъ, но и вообще на образованныхъ людей, и кромѣ науки спеціальной дѣйствовала литература вообще, въ томъ числѣ литература поэтиче- ская. По поводу вліянія западной поэтической литературы въ нашемъ ХVІІІ-мъ вѣкѣ, историки расточали много обвиненій, осуждая по- дражательность нашихъ писателей; но если не останавливаться на ложной, по нынѣшнему взгляду, условности внѣшняго пріема, со- ставлявшей общую черту вѣка, и вникнуть въ содержапіе идей этой литературы, нельзя не признать за ней болыпой образовательной цѣны. Еще болѣе такого вліянія оказывала (копечно, въ кругу наиболѣе образованныхъ людей) та литература, которая прямо ста- вила вопросы о судьбѣ народовъ, о происхожденіи обществъ, о пра- вахъ человѣка и гражданина и т. д. Если подводить итоги умствен- ной жизни нашего общества въ прошломъ вѣкѣ, то, очевидно, наи- болыпее вліяніе Запада надо отнести къ этимъ двумъ сторонамъ его содержанія: чистой наукѣ и общественнымъ теоріямъ. Понятно, что эти вліянія были совершеппо закопны: въ общей надобности про свѣщенія соглашаются и сами обскуранты, и русскій народъ, если не во имя человѣческаго достоинства, то во имя собственной практи- ческой пользы долженъ былъ столько же, сколько всякій другой, знакомиться съ науками, развивавшими его мысль, дававшими пра- вильное понятіе о природѣ и т. п. Что касается до теорій нрав- ственно-общественныхъ, то у человѣка, вступившаго на нуть обра- зованія, нельзя было бы отнять права интереса къ существеннымъ вопросамъ объ обществѣ и о человѣческой личности, а рѣшеніе этихъ вопросовъ у первостепенныхъ писателей тогдашней европейской ли- тературы часто поражало глубиною и человѣчностью мысли, которая продолжаетъ иногда дѣйствовать и до нашего времени. Въ глазахъ тогдашнихъ образованныхъ людей, въ Европѣ и ѵ насъ, эти про- изведенія были высшимъ достигнутымъ тогда результатомъ человѣ- ческаго знапія и только зако:нѣлое невѣжество можетъ относиться свысока къ трудамъ людей, какъ мыслители ХVІІІ-го вѣка, какъ Бэйль, Монтескьё, Вольтеръ, Руссо, энциклопедисты, или какъ пред- ставители чистой натки—Ньютонъ, Лейбницъ, Эйлеръ и т. д. Всѣ эти вліянія окружили ту первую образованность, которая возникала
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4