варный, не только «слуга господний», но прежде всего слуга господствующего класса. Церковь, трактир Потапова, «орлянка», кулачные бои — вот и все «развлечения» рабочих. Фабричный двор обнесен высоким забором, ворота — в сторону станции Бараново (ныне ст. Струнино) и «входные», со стороны реки. На воротах стояли сторожа и полицейские. В казармах смотрители и «хожалые» не давали собираться «больше двух», после 10 вечера запрещалось петь, громко разговаривать, ходить по коридору. Все расходились по каморкам, забирались на нары, гасили газовые рожки. Наступала гнетущая тишина, беспросветная тьма, царившая над спящими, измотанными тяжким трудовым днем прядильщиками и ткачами. ПЕРВОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ Тяжелые условия жизни, жестокая эксплуатация и политическое бесправие толкали струнинских рабочих на борьбу против гнета и полицейско-административного произвола. Когда становилось невыносимо, они бросали работу и предьявляли хозяину требования об улучшении своего положения. Первые выступления струнинских рабочих, как и других предприятий, в 70—90-х годах прошлого столетия знаменовали, по определению В. И. Ленина, «пробуждение антагонизма рабочих и хозяев, но у рабочих не было, да и быть не могло сознания непримиримой противоположности их интересов всему современному политическому и общественному строю, то есть сознания социал-демократического. В этом смысле стачки 90-х годов, несмотря на громадный прогресс по сравнению с «бунтами», оставались движением чисто стихийным». Не будет преувеличением сказать, что струнинцы одними из первых вступили на путь рабочего движения в губернии. Первая стачка произошла в 1882 году. Причиной явилось вспыхнувшее недовольство рабочих испорченными продуктами, которые отпускались из хозяйской харчевой лавки. Это был уже не первый случай. И рабочие не захотели терпеть, возмутились. 13 августа 1882 года 214 набойщиков бросили работу и заявили, что не встанут снова к станкам до тех пор, пока в лавке не появятся хорошие, свежие продукты. 12
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4