rk000000112

бря совместно с педагогическим советом под председа­ тельством директора гимназии С.Ю. Беллевича обсуж­ дена и принята почти полностью... Постановлено было гимназию открыть, а пожелания комитета представить попечителю Московского учебного округа. Но глухие волнения среди гимназистов продолжа­ лись. Правда, они не выявлялись в столь острой форме, как это было у местных семинаристов, бастовавших с осени до 1января 1906 года, до тех пор, пока их главные требования не были удовлетворены. Вообще во Владими­ ре той поры общественное настроение было весьма тре­ вожное, и среди нас, гимназистов, тому способствовали ежедневные столичные и даже местные газеты, жёсткие в них фельетоны Дорошевича, Амфитеатрова, нелегаль­ ная литература и особенно юмористические журналы, появившиеся в массе после 1905 года: «Жало», «Дятел», «Ворон», «Пулемёты», «Бобы», «Стрелы». С ними на обывателя хлынули волны чего-то ново­ го, ошеломляющего, с намёком на запретные мысли и высказывания, и читатели, особенно молодёжь, впиты­ вали в себя желанный аромат крамолы, которую началь­ ство старательно выискивало повсюду. Сатирические журналы стремились освободить чи­ тателя, особенно молодёжь, от груза старых нравов, по­ нятий, предрассудков и суеверий, воспитать в читателях ненависть ко всякому рабству. Помнится знаменитый «Сигнал» Чуковского с изображением окровавленной руки, подписывающей манифест 15 октября. Наряду с этим осмеивались отдельные личности членов царской семьи, министров, генералов, фавори­ тов царя, как олицетворение государственного аппара­ та. Всё это возбуждало и накаляло политическую ат­ мосферу, естественно, передавалось нам, молодёжи, и обостряло политическую борьбу. Помнится парад войск перед Успенским собором в честь именин царя 6 декабря 1905 года, после чего свора местных черносотенцев из мелких торговцев и мещан (членов Союза русского народа) набросилась тут же на Большой улице на стоявших студентов, в том числе на высланных во Владимир бывших семинаристов Дубен­ ского и Лебедева (впоследствии известного Лебедева- Полянского) и жестоко избила их. А потом эта свора во главе с местным мясоторговцем Байкусом гналась за гимназистами и семинаристами, грозя их побить как рассадников крамолы. Вообще настроение крайне тревожно, и оно передавалось и нам. Показательно в этом отношении следующее извещение местной газеты «Клязьма» в номере от 3 января 1906 года: «Предпола­ гавшееся в Народном доме, открывшемся 3 января 1905 года, чтение лекций для народа не возобновлялось». В середине декабря 1905 года во владимирский ко­ митет народной трезвости, в ведении которого состоял Народный дом, от владимирского полицмейстера по­ ступила бумага: «В виду крайне тревожного времени и возбуждённого состояния народа против интеллиген­ ции, покорнейше прошу никаких лекций в Народном доме не устраивать от комитета и не разрешать част­ ным лицам, причём устройство собраний по закону от 12 октября мною отнюдь не будет разрешено впредь до успокоения народонаселения». В связи с этим усилились обыски и аресты. В част­ ности, в канун 1906 г. был арестован учитель Гортин- ский и его сын гимназист, наш одноклассник Владимир Гортинский. Подвергся на улице обыску полицейским гимназист Лукьянов, а как политически неблагонадёж­ ный наш любимый учитель природоведения Иван Ива­ новичМарченко по распоряжению Московского учебно­ го округа был переведён в Тульское реальное училище. Это был ещё молодой человек, жгучий брюнет в золотых очках, на редкость участливый и симпатичный, с увле­ чением преподававший нам и прививший нам с детских лет любовь к природе, очень простой в обхождении, не терпевший казёнщины, и единственный из наших пре­ подавателей ходил в чёрном штатском сюртуке, а не в казённом мундире. Поэтому масса учащихся нашей мужской гимназии и женской, где он тоже преподавал, сердечно провожали Ивана Ивановича на вокзале при его отъезде 23 февраля 1906 года в Тулу «для пользы службы». «Это была мирная и в высшей степени сим­ патичная манифестация учащихся своему любимому учителю», - писала «Клязьма». Этим необыкновенным сочувствием Иван Иванович, без сомнения, был возна­ граждён за те тяжёлые минуты, которые ему пришлось, вероятно, пережить при получении известия о своём невольном удалении из Владимира. Провожали Ивана Ивановича и некоторые педагоги, члены родительского комитета и многие родители учащихся. В этой морально удушливой атмосфере раздались три револьверных выстрела. 16 февраля 1906 года ве­ чером - у гимназистов Маковских. Их было трое. Как они проводили время, неизвестно, только старший из Маковских, гимназист 8 класса, выстрелом из револь­ вера выбил глаз своему брату, а затем выстрелом из ре­ вольвера нанёс рану себе. Пуля засела в левом боку, и юноша через несколько дней скончался. Не прошло и десяти дней, как 25 февраля, в суббо­ ту, в 9 часов вечера в квартире протоиерея Знаменской (Пятницкой) церкви Михаила Андреевича Веселовско­ го выстрелом в глаз лишил себя жизни его сын Николай Веселовский, ученик 6 класса местной гимназии. В мо­ мент после выстрела вбежавшему отцу покойный успел сказать: «Это ничего. Я об стол ушибся». Найдена запи­ ска, в которой покойный просил никого не винить в его смерти. Конечно, эти самоубийства с другими случаями произвели на наши души потрясающее впечатление. 7 марта 1907 года по получении известия о казни лейтенанта Шмидта семинаристы потребовали совер­ шить панихиду по нему. 8-го с пением «Вы жертвою пали» вышли на улицу с флагами с надписью на одном «Да здравствует свобода», а на другом - «Долой смерт­ ную казнь». В демонстрации участвовало до 300 чело­ век, большинство семинаристов, несколько студентов. Предполагалось и участие гимназистов, но путь от гим­ назии до семинарии был отрезан стражниками, оцепив­ шими здание семинарии. Были арестованы 5 семинари­ стов и студент Шепелёв. Некоторые семинаристы были сильно избиты стражниками, угрожавшими нагайками и гимназистам, пытавшимся пробраться к демонстран­ там. Среди них с горячей речью выступил семинарист Василий Тихонравов, впоследствии талантливый учи­ тель Владимирской гимназии, а после Октябрьской ре­ волюции - актёр-любитель и затем служитель культа. А всего через 4 дня жители Владимира, как и вся Россия, находились в нервном возбуждении по случаю исторического момента - выборы в Государственную думу с предшествующей шумной агитацией, бурными предвыборными собраниями и выступлениями канди­ датов в депутаты. Нас, гимназистов, всё это крайне ин­ тересовало и даже захватывало своей новизной, остро­ той, тем более что одним из кандидатов в депутаты проходил член родительского комитета гимназии - по­ пулярный адвокат К.К. Черносвитов. Всё это отвлекало нас от нормального хода ученья, выдвигая на первый план события дня, приносившие с собой новое, волну­ ющее и захватывающее нас. В такой сложной обстановке 15 марта 1906 года состоялось собрание родительского комитета мужской гимназии для урегулирования нормального течения учения и выработки требующихся для этого мер. Собрание состоялось в следующем составе, вновь выбран­ ном 8 января 1906 года: М.В. Комарев- ский, М.А. Медушевский (нотариус), М.И. Синёв (врач), С.А. Алякринский (адвокат), С.А. Кондратьев (врач), В.А. Веретти (управляющий акцизом),