bp000002717

гостиной и костюмъ хозяйки не оставляетъ желать большаго съ извѣстяой точки зрѣнія; въ гостиной выдерживается да­ же «тонъ», особенно въ приходахъ, окруженныхъ помѣщичьими усадьбами». Все это, быть можетъ, и не худо, но стала ли отъ та- кихъ условій успѣшнѣе дѣятельность современнаго священ­ ника? Для каждаго сельскаго прихожанина такая матушка бу­ детъ только барыня, отъ которой ожидать сочувствія себѣ бу­ детъ для него весьма сомнительнымъ. «Грустно становится», говорить та же матушка, слова которой мы привели выше, — «когда видишь, что женщины высшихъ, обезпеченныхъ классовъ оставляютъ свои богатые са­ лоны, залитые электричествомъ бальные залы, блескъ, веселье и проч. и идутъ, какъ бы искупая грѣхи своихъ предковъ, съ любовію служить народу среди его нищеты, грязи и невѣже- ства, когда видишь, что это дѣлается съ серьезной мыслію, что онѣ все больше и больше сближаются съ нимъ, начинаютъ жить одною съ нимъ жизнію. У насъ же (въ духовен- ствѣ) наоборотъ; что тѣ оставляютъ, какъ недостойное мысля- щаго человѣка, къ тому мы стремимся чуть ли не всей ду­ шой и готовы ставить цѣлыо своей жизни. А отчужденіе на­ рода между тѣмъ растетъ и растетъ. ІІо логикѣ событій, мо­ жетъ наступить время, когда мы, матушки, будемъ мачихами народа, а доселѣ совершенно чуждыя ему, —любящими мате­ рями его. Грустно»... Будущность дѣйствительно грустная; но уже хорошо то> что грядущая опасность сознается, и сознается именно са­ мими матушками. Нужно только, чтобы это сознаніе стало общимъ. Народъ называете жену священника «матушкой». Назы­ вая ее матушкой, онъ имѣетъ въ виду, конечно, не одну па­ раллель ея съ «батюшкой», а и въ самомъ дѣлѣ ждетъ отъ иея такихъ отношеній къ себѣ, какія должны быть между нѣлшо-любящею и заботливою матерью и дѣтьми. Если такія отношенія не всегда возможны и нужны въ городскихъ при-