bp000002717

лигіяхъ Божество мыслится, какъ Существо личное, живое и дѣятелыгое. Поэтому ученіе Толстого не только не можетъ быть названо христіанскимъ, но и религіей въ общемъ смыслѣ. Это просто рядъ сухихъ раціональныхъ положеній, въ основѣ своей притомъ ложныхъ. Изъ этого основного понятія тол- стовскаго ученія о Богѣ, какъ безличной сущности или на- чалѣ, вытекаютъ и другія его такъ называемыя вѣрованія. Если Богъ, по учеыію Толстого, есть безличное начало, то и отпошеніе къ Нему человѣка понимается уже не въ смы- слѣ общенія съ Нимъ, а только въ видѣ благоустройства жизни на началахъ братской любви и согласія. Средствомъ для уве­ личен ія этой любви выставляется молитва; но не въ христіан- скомъ и общечеловѣческомъ ея смыслѣ, т. е. не какъ выраженіе личнаго обращенія человѣка къ Божеству, а какъ «возстанов- леніе и укрѣпленіе въ сознаніи смысла своей жизни и своей зависимости только отъ воли Бога». Молиться, т. е. обра­ щаться лично всѣмъ существомъ къ безличному началу, нельзя; остается одно умственное размышленіе о своей зависимости отъ этого' начала, остается одно сухое, лишенное жизненной энергіи и несогрѣтое чувствомъ, созерцаніе: такова толстов­ ская молитва. Таішмъ образомъ то, что называется релиііозной жизнью , въ ученіи Толстого совершенно отсутствуетъ. Ничего новаго о своихъ вѣрованіяхъ гр. Толстой теперь не сказалъ и нѣтъ нужды, поэтому, подробно разбирать это ученіе, такъ какъ оно уже раньше основательно разобрано и опровергнуто богословской критикой. Ограничимся указа- ніемъ па коренное противорѣчіе въ этихъ вѣровапіяхъ. Толстой иазываетъ Бога Духомъ и Любовью, но вмѣстѣ съ тѣмъ отрицаешь Личность Божества и Троичность лицъ. Но невозможно говорить о духѣ безличномъ, невозможно усвоять безличному началу любовь, волю: это несообразно съ самыми основными понятіями нашего разума. Понятіе лее о Богѣ, какъ Суіцествѣ Личномъ и Совершеннѣйшей любви,