bp000002717

по очевидной чистотѣ побужденій и намѣреній Церкви. Ко­ нечно, безусловно нужно осудить тѣхъ, которые изъ неразум­ ной ревности посылаютъ отступнику отъ Церкви угрозы и рѣзко выражаютъ ему свое порицаніе; но Св. Синодъ нисколь­ ко неповинепъ въ этихъ проявленіяхъ нехристіанскагб духа по отношенію къ нему, неповинепъ въ томъ, что его поста- новленіе было дурно понято невѣжествомъ. Затѣмъ синодальное постановленіе гр. Толстой признаетъ неосновательиымъ, «потому что, говоритъ онъ, главиымъ но­ водомъ его появленія выставляется большое распространеніе моего совращающаго людей лжеученія, тогда какъ мнѣ хоро­ шо извѣстно, что людей, раздѣляющихъ моя взгляды, едва ли есть сотня, и распространеніе моихъ писаній о религіи, бла­ годаря цензурѣ, такъ ничтожно, что большинство людей, про- читавшихъ постановленіе Синода, не имѣетъ ни малѣйшаго понятія о томъ, что мною писано о религіи, какъ это видно изъ полученныхъ мною писемъ». Но этого мало: графъ Толстой заявляетъ даже, что онъ «никогда и не заботился о распро- странепіи своего ученія». «Правда, добавляешь онъ при этомъ, я самъ для себя выразилъ въ сочиненіяхъ свое пониманіе ученія Христа и пе скрывалъ эти сочиненія отъ людей, жѳ- лавшихъ съ ними познакомиться, но никогда самъ не печаталъ ихъ; говорилъ же людямъ о томъ, какъ я понимаю ученіе Христа, только тогда, когда меня объ этомъ спрашивали».. Много недоумѣній вызываюгь эти заявленія графа Тол­ стого о фактахъ, которые должны быть ему хорошо извѣст- ны, —недоумѣній, заставляющихъ отнестись къ его словамъ съ сомнѣніемъ въ ихъ справедливости, тѣмъ болѣе, что мно. гіе общеизвѣстные факты опровергаютъ ихъ. Прежде всего, духъ прозелитизма не чуждъ современно­ му намъ религиозному лжеучителю, какъ ни прикрывается онъ равиодушіемъ къ этой сторонѣ своего ученія и какъ ни завѣ- ряетъ, что свое ученіе онъ вырабатывалъ только лично для себя. Извѣстно, что толстовскія идеи прониісаютъ не только