bp000002717

ву: «прославляющихъ Мя прославлю». Не слава, добрый мой, о. Викентій, страшна, но худая слава, какъ ты и самъ училъ меня въ келейпыхъ бесѣдахъ. ЬІе слава опасна, но услажде- ніе, надменіе сласою. Также и не поруганіе и побои—страш- ны, но то, когда человѣкъ не хочетъ перенести ихъ съ кро- тостыо и радостыо, какъ заповѣдано, по сердится, злится, мстить старается. Вотъ о. Іоаннъ Біронштадтскій—слава его вселенская, безпримѣрная: портретъ его въ каждой избѣ 100 милліоннаго народа русскаго, однако о. Іоаннъ не надмевает- ся сею славою отъ того, чтодержится любомудрія церковнаго отеческаго. А въ чемъ состоитъ сіе любомудріе? А въ томъ чтобы разумѣть и помпить «послѣдняя твоя» и моя, то есть, что всѣ «сыны человѣчестіи» сойдутъ «подъ вѣчны своды», и «чей-нибудь ужъ близокъ часъ», какъ сказалъ А. Пушкинъ имЬвшій на мепя вліяніе своею поэзіею во дни моего обра- щенія. Если бы даже о. Викентій и воспретилъ мнѣ откры- вать о разсказанномъ имъ мнѣ во спасеніе мое и утѣшеніе, т° еДва ли я бы послушалъ его, хотя и признаю, что послу- шаніе важнѣе и нужнѣе, чѣмъ даже молитва и постъ, безъ коихъ спастись невозможно. Богу повиноваться падо болѣе, чѣмъ человѣку, и Богу угодно, чтобы свѣтильникъ истины не горЬлъ подъ спудомъ, но былъ поставлеиъ искусспою рукою на свЬщникъ гласности. Что сказалъ мнѣ о. Викентій «на ухо» въ ьелейной бесѣдѣ, во дпи, когда рѣшался роковой вопросъ: «вѣрить или не вѣровать», то есть «быть или не быть», ибо невѣрующій не живетъ, а прозябаетъ животною жизнью, услы- шанное мною «на ухо», возвѣщаю «открыто и громко». Я даже боюсь внутренно стыдиться, робѣть сказать сло- во правды, чтобы не постыдился меня Господь Іисусъ предъ Ангелами Божіими. Мало вѣрить сердцемъ въ прав- ДУ, надо исповѣдывать во спасеніе себ| и другимъ въ слухъ многихъ. Блаженнымъ почитаю себя, что избралъ меня недостойнаго Господь, чтобы исповѣдать дивныя дѣла Божіи. и благодареніе Господу человѣколюбцу, а человѣконе-