bp000002043

гахъ и практиковались при ирежлихъ патріархахъ. Никонъ могъ, поэтому, думать, что и его распоряженіе не встрѣтитъ возраженій. Однако ожидаиія его не оправдались. Сразу же послѣ пзданія «Памяти» явился и протеста противъ нея. Когда Память была прислана для исполненія въ Москов­ ский Казапскій соборъ, то настоятель этого собора Іоаннъ Не- роповъ созвалъ къ себѣ на совѣтъ «братію:» еп. Коломенскаго П авла, Протопоповы Вонифатьева, Аввакума, Даніила, Логгина и др. Но это первое совѣщаніе не привело ни къ чему: бра- тія, очевидно, опасалась еще открыто выступить противъ силь- наго патріарха. Тогда Нероновъ, оставивъ свой соборъ, уда­ лился въ Чудовъ монастырь для уединенной молитвы. Здѣсь о ііъ будто бы слышалъ голосъ отъ иконы Спасителя: «Іоанне, дерзай и не убойся до смерти: подобаетъ ти укрѣпити ц ар я о имени Моемъ, да не постраждетъ днесь Русія, яко же и юниты (уніаты ).» Съ извѣстіемъ объ этомъ откровеніи онъ возвратился къ «братіи», и тогда Аввакумъ и др. окончательно убѣдились, что имъ нужно дѣйствовать. Они составили челобитную, при­ вели въ ней рядъ свидѣтельствъ о перстосложеніи и поклонахъ и подали ее царю '). Такимъ ооразомъ, на самыхъ первыхъ порахъ реформаторская начинан ія Никона встрѣтили противо- дѣйствіе со стороны не большой но количеству, но сильной своимъ вліяніемъ, партін Московскаго духовенства, группиро­ вавшейся около Казанскаго протопопа Іоанна Н еронова. К а­ кими же побужденіями руководствовались эти люди, выступая на борьбу съ Иикономъ, за что они стояли и чего хотѣли? Раскольничьи писатели утверждаю™ , что лица, подписав- шія протеста противъ «Памяти» патр. Никона, дѣйствовали исключительно изъ ревности по правой вѣрѣ, т.-е., говоря ина те, изъ привязанности къ старымъ обрядамъ. Сами челооитчики даютъ понять, что протеста ихъ вызванъ былъ распоряжеш емъ патр. Никона о поклонахъ и о перстосложеніи, которымъ дились въ богослужебную практику Русской церкви о р д ,