bp000002040

344 Марковъ.— Я уже тебѣ объяснилъ, почему слова Спасителя, произнесенныя Имъ на тайной вечери, слѣ- дуетъ считать обязательнымидля всѣхъ до самаго втораго пришествія Господня. Конечно, Спаситель не отнималъу людей свободную волю и въ то время, когда установлялъ это таинство; но все-таки Онъ же сказалъ: *аще ие стьсте плоти Сына человѣческаго , ни піете крове Его\ живота не имате въ себѣ ». (Іоан. 6, 53). Поэтому, если бы таинствоТѣла и Крови прекратилось, никто бы не могъ и сгіастись,—не было бы и Церкви, такъ какъ приношеніе безкровной жертвы совершается только въ ней и есть одна изъ ея существенныхъ принадлежностей. Но если бы существованіе Церкви прекратилось, то слова Спасителя: *и врата адова не одолѣютъ ей » (Мѳ. 16, 18), не исполнились бы; а ужъ относительно ихъ (этихъ словъ) сказать, что они «приказательны, а не исполни- тельны», я думаю, и ты не осмѣлишься. Слѣдовательно, новозавѣтная жертва должна суще- ствовать до самаго втораго и славнаго пришествія Господня. Ѳеоктистовъ.—Никто этого не опровергаетъ. И я знаю, что жертва приносится и теперь. Марковъ.—Гдѣ же, по твоему мнѣнію, она приносится? Ѳеоктистовъ.— Іоаннъ Богословъ живъ , - онъ ее и приноситъ. Марковъ.—А гдѣ онъ ее приноситъ? Ѳеоктистовъ.—Это никому изъ людей не извѣстно. Марковъ.— Но вѣдьЦерковь преставленіе ему празд- пуетъ? Ѳеоктистовъ.—Но и Церковь же воспѣваетъ его «живуща и ждуща страшнаго Христова пришесгвія». Вѣ- ришь ли ты этому? '*) *) Въ ГІрологѣ подъ 26 числомъ сентября читаемъ: *И положиша на лице его (ск. ІоаннаВогослова) поняву, и цѣловавше го зѣлонла-