bp000001429

безъ сомнѣнія, начатіе новойна небесахъ жизни. Пнсанія неговорят!, чтобы сіе тѣлесными очами видѣли всѣ, бывшіе свидѣтелями успенія и погребенія Божіей Матери. Посему надлежитъ полагать, что со­ ставитель иконы представил® здѣсь видимымъ принадлежащее къ мі- ру невидимому, ипросто видимое соединил®съдуховно созерцаемым!. Изобразив! тѣло Пресвятой Дѣвы, оставленное душею Ея, онъ какъ бы предупреждал! вопросъ: что въ сіе время происходило съ Ея душею) И въ отвѣтъ на сіе изобразили видимо и Ея душу, носимую руками Ея Божественнаго Сына. „Здѣсь раждается новый немаловажный вопросъ: какую силу имѣ- етъ сіе изображение) Не есть лн это простое представленіе вообра­ женья)—Нѣтъ. „Такъ думать было бы несообразно съ достоинством! древней святой иконы Дерзость писать иконы по воображенію живописца есть порожденіе своеволія новѣйшихъ времени. Древніе изображали на иконахъ то, что находили въ достойных! вѣры писаніяхъ или въ преданіи... Заключим! не обинуясь, что икона представляетъ намъ не произвольный плодъ воображенія, но созерцаніе, согласное съ существом! предмета. „Надобно ли, по церковному правилу осторожности, показать согласіе сего предмета съ Священными Писаніемъ)—Для сегоможно указать на слова Христовы: быть же умрети нищему и не- сеиу быту ангелы па лоно Авраамле (Лук. XVI, 22). То, что слова сіи принадлежат! притчѣ, не должно быть поводом! къ сомнѣнію о ихъ знаненіи: потому что и приточпыя лица изобра­ жаются чертами дѣйствительной природы. Какъ смерть и погребе­ т е богатаго суть черты дѣйствительпой природы: такъ несеніе Ангелами умершаго нищаго, въ терпѣніи стяжавшаго душу свою, есть черта дѣйствительнаго созерцанія. Итакъ сличайте! Если Писаніе свидетельствует!, что души святыхъ человѣковъ, исходя отъ тѣлъ, пріемлются ангелами: то не совершенно ли согласно съ еимъ преданіе между прочими свидѣтельствуетъ, что пресвятая